В предыдущей публикации от 12.07 с.г. о человековедении как науке нами был раскритикован либеральный подход к оценке властно-управленческих отношений в политической истории человечества, включая марксистский период. Марксизм действительно привнес в общественно-политические научные дисциплины теорию развития общественно-экономических формаций на основе классовой борьбы. В основе теории - представление о деятельности человеческих особей как деятельности базисно экономической. Поэтому-то формации (от первобытнообщинной до социал-коммунистической) обозначались как общественно-экономические. И потому, признавая политические отношения сущностно властными, марксисты логично (в плане следования своим теоретическим умозрениям) считали политику концентрированным выражением экономики. По-видимому, небезосновательно коллеги и обвиняли именно марксистских обществоведов в т.н. экономизме.
Серьезной альтернативой марксистским представлениям об общественно-организационных процессах в Х1Х веке являлась концепция Вильфредо Парето о политическом процессе как постоянной смене властных типов лидеров, хитрых и жестоких, названных «лисами» и «львами». Заметим, кстати, что оба типа – хищники. Согласитесь, что это едва ли ни полярные представления о политической организации в человеческой популяции: одно (марксистское) рассматривает политическую историю человечества в динамике в определенном направлении (от простого к сложному, к некому совершенству), другое (паретовское) как некую бесконечную смену типов лидеров. Одно опирается на экономику (хозяйствование), другое - фактически небрегает этим обстоятельством или, по крайней мере, не считает его ведущим. Одна теория сущностно коллективистская, другая – индивидуалистская, одна - скорее социальная, другая – скорее биологическая. Немаловажно, что ни та, ни другая не учитывает в значимой частности религиозного фактора. А ведь по мнению специалистов - этологов и психологов - человеческое сознание отличается от животного именно способностью к религиозному познанию мира, к осознанию себя как существа религиозного, а не только и не столько «биосоциального существа особого рода» (прежде всего, творческого), как учат сегодня российских школьников на уроках обществознания.
Возникает вопрос: не создано ли человечеством к сегодняшнему дню некой теории, способной преодолеть все три существенных недостатка двух обозначенных теорий – экономизма, биологизма и внерелигиозности. Полагаем, что такая теория создана и развивается. Речь идет об учении Жиля Мишеля Делёза, признанного в Евроатлантике величайшим из современных философов. Его книга «АНТИ-ЭДИП, капитализм и шизофрения» (в соавторстве с философом и психиатром-практиком Феликсом Гваттари) появилась в Европе и США в начале 70-х годов ХХ века, а в России – в начале 90-х. В Евроатлантике она известна, но понята не столько недостаточно, сколько неправильно, тогда как в современной России она и не изучена толком, а если и известна вообще, то в очень узких кругах специалистов. И напрасно! Представляется, что непонимание и неприятие, в частности, российского евразийства во многом объясняется незнанием существа политической философии Ж.Делёза. В отличие от марксистов, Делёз выделяет лишь три (а не пять) формаций, причем обозначает их как общественно-исторические или общественные, а не экономические: первично-территориальную, деспотическую и капиталистическую. Ни рабовладельческую, ни феодальную (по Марксу) формации Делёз отдельно не выделяет, называя их деспотическими. Социализм Делёз считает в сущности лишь тренирующим препятствием для развития капитализма и «включает» социализм в капитализм. При этом Делёзом придается огромное значение т.н. производству, понимаемому им более широко, нежели марксистами: по существу как воспроизводство человечества во власти его, человечества, желаний. Однако, в отличие от марксизма, исходом развития человечества Делёз считает не всеобщую гармонию коммунистического «рая на земле», а Апокалипсис – войну всех со всеми и самоуничтожение всей человеческой популяции. Таким образом, представления Делёза, в плане эсхатологического видения (исхода человечества), ближе и едва ли ни тождественны религиозным монотеистическим.
Однако сущностным отличием учения Делёза от марксистского, на наш взгляд, является человековедческая основа в представлениях о формациях как системах, определяемых властной волей различных человеческих психотипов: капитал-социалистическая формация – щизомадична, деспотическая - цикломадична, т.е. маниакально-депрессивна, тогда как первично-территориальная формация подвластна т.н. третьему, смешанному психотипу: и шизоидному, и циклоидному, и не шизоидному и не циклоидному одновременно. Именно эта, третья «психотипичность» способна обеспечить, по Делёзу, адекватное коммуницирование двух других, антагонистически противостоящих психотипов. А по мере её исчезновения (количественного и качественного) в составе человеческой популяции, нарастает апокалиптичность. Именно эта «третья сила» государственна по самой своей природе. Ослабление религиозности, традиционных устоев семьи и, в целом, традиционной государственности (кстати, якобы, приветствуемых Делёзом) - путь к Апокалипсису.
Разумеется, это весьма упрощенное и схематичное изложение теории Жиля Делеза, но сущностно, в основе своей, верное. Ироничности Делёза так и не узрели, к сожалению (или же нет) в Евроатлантике, а полезности, в плане адекватности его прозрений – в России. Но не все! Так называемые андроповцы оказались в курсе существа подмеченного и формализованного этим действительно великим мыслителем. Это сугубо умозрительное авторское предположение, не более. Однако, и не менее. Близость политика Андропова и советского психиатра Снежневского, ведущего отечественного специалиста в области шизофрении, для многих так и остается загадкой. По нашей версии, андроповская политическая линия была тогда не попыткой, отринув лево-либеральную, социал-коммунистическую идеологию, привести в СССР право-либеральную идеологию, а совсем другой линией. Это была попытка вывести Россию из либерально-неолиберального тренда в неоконсервативный.
Русско-российский неоконсерватизм, как справедливо подмечено еще в 2005 году Александром Дугиным, - это евразийство. Отчетливо консервативной в 10-х годах нового века увидела политику В.В.Путина и авторитетный российский социолог из правящей «Единой России» Ольга Крыштановская. С этим по существу согласен и автор данной статьи. Евразийство возникло в Германии в 20-х года прошлого века усилиями русских аристократов – Н.Трубецкого и П.Савицкого, а также Г.Вернадского, внука священника – людьми, подчеркнём, православными. Евразийство рассматривалось ими как альтернатива российскому социал-коммунизму, пришедшему на смену российской имперскости и наследовавшему последней. В дальнейшем синергичными усилиями андроповцев и Л.Н.Гумилева евразийство было востребовано путинской Россией. Евразийство как раз и есть то, что недавно так явственно и четко было обозначено В.В.Путиным: и не национальная государственность, и не империя. Это сущностно иная идеолого-политическая государственность, оберегающая Православие в глобализующемся мире. Как? Обережением русско-российской государственности. Это понимают и наиболее адекватные в интеллектуальном отношении оппоненты В.В.Путина, как в России, так и в среде наблюдающих политиков за рубежом, например, в Японии. По крайней мере, автор этой статьи отметил недавно прозвучавшую в одном из санкт-петербургских эфиров отповедь путинской политике из уст Д.А.Коцюбинского – одного из последователей российских либералов. Отповедь такова: путинская политика была названа «православным евразийским мракобесием», замешанным, само собой разумеется, на ГБ-шности. А один из опытнейших японских журналистов в 2012 году интересовался у автора этой статьи как у эксперта: действительно ли президент России чувствует себя осуществителем именно православной миссии. Вот, полагаем, зачем, в частности, и надобны, и полезны как интеллектуалы-оппоненты, так и непредвзято настроенные политобозреватели: со стороны бывает виднее.
Теперь о Л.Н.Гумилеве. Автор этой статьи горд личным знакомством с этим русским, санкт-петербургским, без преувеличения, гениальным провидцем и проводником евразийства в постмонархическую Россию. Почему провидцем? Лев Николаевич в своих работах, не будучи ни биологом, ни врачом, выделил три основных типа, властвующих в человеческой популяции на протяжении всей известной ему истории. На этапах формирования цивилизации он обозначил их как пассионариев, гармоников и субпассионариев. Полагаем, что это обозначение тех же основных психотипов, что и у Делёза (анализировавшего, наоборот, вглубь истории от развитого капитализма) - шизотимиков (шизопараноиков), циклотимиков (депрессивных маньяков) и представителей т.н. третьего типа, удивительным образом сочетающих в себе и либералов-шизоидов, и консерваторов-циклоидов. Иными словами - и прогресситов-новаторов и охранителей-консерваторов.
Казалось бы, научишься распознавать эти три основных психотипа среди активных участников политики, и многое прояснится. По крайней мере, многое предстанет в ином - новом свете. Например, почему не Барак Обама, а Хилари Клинтон резонансна штатовской популяции (что, впрочем, и было выявлено в ходе последних президентских праймериз в США). И почему рейтинг Обамы падает, как ни у кого из предшественников, а у Путина он «тефлоновый» да еще и растущий. Почему Ангела Меркель дважды победила в Германии очень сильных противников? Наконец, почему на Украине для достижения цели и решения задач политической стабилизации Тимошенко явно предпочтительнее Порошенко? Главный недостаток Юлии Владимировны в глазах еврократов (в лице их лидера А.Меркель) – это её (Тимошенко) комплаентность Путину. Им, еврократам, ранее предпочтительнее был Янукович (автор знает, о чем говорит), а теперь – его реинкарнация – Порошенко.
Посмотрите, сегодня не только Генри Киссинджер, но и его давний перманентный оппонент Збигнев Бжезинский уповает на Россию и лично на власть В.В.Путина. Украинская политическая проблема никак неразрешима без властного влияния В.В.Путина как средоточия властной воли России. Это поняли такие разные властные «патриархи» американской и глобальной политики, как Киссинджер и Бжезинский. А Меркель и ей подобные не понимают? Почему Тимошенко единственно адекватна запредельно критической ситуации в центре Европы – на окровавленной Украине? Дело не только и не столько в её резонансности более феминной, нежели маскулинной сущностно европейской популяции, хоть и это, как уже отмечалось автором ранее, имеет непреходящее значение. По-человековедчески, секрет феноменальной (в своей адекватности ) властности Тимошенко заключается вот в чем: она комплаентна В.В.Путину по своему психотипу, они оба принадлежат к т.н. третьему истинно властному типу людей. Этот тип (именно он!) востребован в запредельно сложных, запредельно критических ситуациях – на переходе, на переправе, когда, выражаясь образно, нельзя «ни в огне сгореть, ни в воде утонуть». Здесь нужен истинный политик, а не шизомадичный лидер или цикломадичный деспот (этакий «железный дровосек»).
Ситуация на Украине действительно архисложна в своей беспрецедентности. Именно беспрецедентности, если не считать прецедентом российский выход из посткоммунистического кризиса. Кто вывел Россию из этого кризиса? Горбачев или Ельцин? Нет, Примаков и Путин – неоандроповцы. Кого автор этой статьи причисляет к неоандроповцам на Украине? Турчинова и Наливайченко (по прямой чекистской принадлежности, креативной и служебно-карьерной), «Батькивщину» (по-русски «Отчизну») и её креатуру – Тимошенко. В жертву процессу могут быть (и должны быть, полагаем) принесены такие «кремни-партийцы», как Яценюк, Аваков и Порубий (многовато крови и срама), а властный костяк - остов – в лице триумвирата Тимошенко, Турчинова и Наливайченко и могут, и вправе перехватить власть и управление у Порошенко. Как и когда? Чем раньше, тем лучше: хотя бы в ходе грядущих парламентских выборов. Иное – не по-человековедчески, т.е. адекватно не форматируется.