Именно так, представляется, следует обозначить авторский взгляд на произошедшее 14 марта 2004 года на территории 1/7-ой части Земли. Явка обеспечена, достаточна, Глеб Павловский, ссылавшийся на данные Юрия Левады, оказался прав. Результат – фактически 71% голосов избирателей и победа плюралистической демократии как над либеральной (Хакамада), так и над социальной (Глазьев), а точнее не победа, а предпочтение ЕЯ другим, ныне устаревшим формам. Это во-первых.
Во-вторых, это политическое (властно-управленческое) обеспечение стабильности в современном российском государстве. Далее – инвестиции и участие в мировой экономике на реально партнерских основаниях – словом, участие в обороте на равных.
В третьих, это прорыв в решении вопросов демократического мироустройства и миропорядка. Мы – современнее других (и США, и Европы), у нас, наконец – самая современная политическая система. Прав наш Президент, слегка осаживая американских коллег по отправлению власти: бревна в своем глазу не видят, тогда как у нас теперь – былинка. Свои трудности и в США, и в Европе с демократией.
Кстати, разве мы не об этом столь давно и настойчиво – и по США, и по Германии, и по Франции? Кстати, а не о стабильности ли мы и о 70% электорального результата еще в 2000-м году после первых выборов президента В.В.Путина (текст телеэфира “Синих страниц” с А.Лушниковым от 02.10.2000 г. – см. архивы сайта)? А не во введении ли в России едва ли ни конституционной монархии де-факто витийствуют сегодня прозревающие, наконец, либералы? Прозревающие, опять-таки кстати, и по поводу единственной приемлемой для России (имманентно) формы правления – просвещенной и/или конституционной монархии (Родзиховский, например). А мы не об этом?
Но хватит, наверное, восхваления и самовосхваления тоже!
Есть что-нибудь тревожащее в произошедшем 14 марта с.г.? Есть, а именно: на первом месте – полковник разведки Путин В.В., а на втором месте – полковник контрразведки Харитонов Н.М. Что сие означает? То, о чем мы тоже успели сказать (и на примерах доказать, в частности, по Санкт-Петербургу), а именно: развивающийся конфликт двух типов мышления – разведывательного и контрразведывательного. Это, кстати, тоже поверяемо социобиологически.
Второе тревожащее положение – это обозначение фигуры наиболее вероятного преемника – генерала политразведки и гражданского министра обороны России (ныне) – Иванова С.Б.
Это направление развития политического процесса требует обеспечения продолжения именно петербургского этапа российской политики. Это требует и новых социобиологических подходов, т.к. образ данного политика необходимо сделать избираемым. Пока это весьма затруднительно, смеем в этом уверить.
Это, наконец, требует введения в процесс представителей нового типа политиков. Латентный этап – декабрь 2002 года в Санкт-Петербурге, выборы в Законодательное Собрание, 40 кандидатов Санкт-петербургского “Политического центра” – уже пройден. Модель, отработанная тогда ( “по первой ступени” – профилактика праволиберального реванша в модельном регионе), имела и “вторую ступень” – заявление политической конструкции (проекта) нового типа: властное служение, а не самообслуживание власти. Пока это удалось лишь заявить, предъявив. Завтра это потребуется сделать в ином масштабе и с иным качеством властного материала – безусловно человеческого, а точнее – человечного.
Именно здесь, в Санкт-Петербурге, создавалась и создается методологическая (а главное – смысловая, целевая и ценностная) база отечественной политологии, а значит, и политики.
Нет ничего практичнее хорошей теории. Почему мы забываем об этом в суете действительно трудных будней и действительно избыточно праздного отдыха? От чего отдыхает “правящий класс”? От себя самих? От собственной суетности или (неужто!?) от трудов праведных, озабоченный лишь пользой благонравия и благочестия? Новая т.н. элита призвана обрести гармонизирующего ее лидера. Кто им будет, точнее станет? Тот, кто будет в процесс еще как минимум 10-15 лет в состоянии простой человеческой дееспособности, обладая правоспособностью по рождению – словом, человек правосубъектный.