«Единой России» пора соответствовать букве и духу президентских инициатив.
Недавний сибирский съезд «Единой России», которую и аналитики, и средства массовой информации, и рядовые граждане привычно отождествляют с верховной властью, вызвал у меня, политолога, двойственные, противоречивые чувства. Скажу прямо: и в речи Бориса Грызлова 27 ноября в Красноярске, и в телевыступлении Вячеслава Володина недели за полторы до этого форума я встретил многие собственные разработки, переданные обоим лидерам еще в 2001 году. Г-н Володин рассуждал о важнейшей тройственной связке: либеральная экономика - социальная политика - патриотическая идеология. А его шеф, находясь на высокой съездовской трибуне, говорил о евразийском факторе, евразийской политике, центрально-континентальной инфраструктуре и, наконец, о ЕврАзЕс – влиятельной международной организации, объединяющей дружественные страны ближнего зарубежья. Во всех этих заявлениях, кои, спору нет, отразили объективную реальность, я нашел свое – сокровенное и родное, что искренне обрадовало меня. Разумеется, дело не в эмоциях, а в сути. Доклад Бориса Грызлова содержит претензии на концептуальную власть. Сегодня уже ясно всем и каждому – снизу доверху и сверху донизу: ни одно государственное руководство без базовой концепции существовать не может и работать не в силах. И то, что об этом поведали вслух, в полный голос, свидетельствует о многом, разном и полезном. Приятно и другое: четко прозвучала новелла о принципиальной непротиворечивости двух ключевых моментов – либерализации рынка и социализации политики. Кто опровергнет такую истину? Ее подтверждает долгий и богатый опыт Европы. Глубоко и грамотно проанализированы мотивы «оранжевых» революций. Основная причина, заявил оратор, состоит в том, что недовольство людей уровнем жизни и качеством власти начинает на каком-то этапе подпитываться целенаправленными внешними воздействиями. Выражаясь медицинским языком, здесь присутствуют так называемые сочетанные факторы: «толчки» извне служат лишь своеобразной инфекцией, фоновым, сопутствующим заболеванием, но главный импульс исходит все-таки из глубин самого недужного организма. Слава богу и спасибо за правду! Подобную самокритику может позволить себе лишь крепкая, суверенная власть. Однако буду откровенен: не все, по-моему, безупречно в «королевстве Датском». На съезде выдвигались и тезисы, которые порождают недоуменные вопросы. Так, провозглашая «мирное сосуществование» либерального рынка и социальной политики, единороссные лидеры отчетливо уповали на усиление роли государства вкупе с увеличением удельного веса казенных инвестиций. Господа, пусть будет так! Но коли уж вы соединяете либерализм и монетаризм с теорией государственно ориентированного кейнсианства, то сбалансируйте всю систему строго и равномерно, обозначив направления и указав примерные пропорции. Далее. Заявляя приоритеты партии и ссылаясь при этом на самого президента, Борис Грызлов, как и чуть раньше Вячеслав Володин, выстроил любопытную державную триаду: экономика – политика – духовность. Хорошо! Но отчего же духовность, всегда бывшая оплотом нашего Отечества, отодвинута вдруг на последнее место? Ведь третий – лишний! Вспомним, что сказал Владимир Путин, находясь с визитом в Голландии: 80 процентов россиян – это русские православные люди, воспитанные на ценностях европейской культуры. А если упомянуть и эпохальную поездку президента на гору Афон, куда не добирался ни один самодержавный царь, а также регулярные рождественские посещения маленьких провинциальных церквей, то можно без всякого лицемерия назвать главу государства ортодоксальным христианином. Поэтому хочу обратиться к единороссному начальству: если ваша партия претендует на концептуальную власть и именует себя пропрезидентской силой, то пусть она будет любезна соответствовать букве и духу президентских инициатив.