Программа ’Алексей Мусаков: ‘Политология - это:’
ТРК ‘Петербург’ - Ленинградская областная телекомпания
11.07.2002
Юрий Николаев: Добрый вечер, уважаемые телезрители! В эфире программа ‘Политология’ с постоянным экспертом Алексеем Мусаковым. Алексей Николаевич, жизнь сама предложила нам тему для обсуждения. Может быть, она не очень ‘выигрышная’ и ‘завлекательная’, но, тем не менее, крайне важная и таит в себе внутреннюю интригу. Я имею в виду то, что Конституционный Суд на этой неделе принял решение разрешить главам исполнительной власти в субъектах федерации - губернаторам - баллотироваться на третий срок. А кому повезет - и на четвертый. Но при этом Суд оставил решение этого вопроса на усмотрение высшего для данного субъекта федерации органа юстиции, то есть Уставного суда или Устава субъекта федерации. Скажите пожалуйста, такое решение не предполагает некую драматическую коллизию, которая будет вызывать бурные политические дебаты?
Алексей Мусаков: Юрий Афанасьевич, я настаиваю на том, что мы всегда предлагаем некие версии процесса; даже если мы предлагаем прогноз, мы его предлагаем в виде версии. Я здесь выступаю как эксперт, и наши телезрители, наверное, отмечают, что ничего случайного мы стараемся не делать. Весь прошлый эфир мы посвятили Уставному суду и его роли как высшего органа конституционной юстиции на территории субъекта федерации, а также роли других новых демократических институтов, таких как Счетная палата, Контрольно-счетные органы на территории сложнейшего механизма - федерации. Скучный, казалось бы, и ни к чему не обязывающий, общеюстиционного характера разговор. И вот пожалуйста: решением высшего конституционного органа всей Российской Федерации - Конституционного Суда - по существу, разъясняются права парламентов и других органов власти субъектов федерации на переизбрание своих лидеров на энное количество сроков (вообще, по существу, конституционные органы юстиции занимаются разъяснением прав и обязанностей сторон в длительных конфликтных ситуациях). Так вот, Конституционный Суд разъяснил: ‘Если губернатор готов к переизбранию, посмотрите, готов ли парламент к тому, чтобы дать ему возможность избираться на новый срок’. Причем, если в Уставах прописано иное, надо набрать уставное большинство (подобное конституционному большинству) в парламенте , поэтому роль парламентов, объективно, резко усиливается. О чем мы и говорили: в условиях демократического режима, в условиях республиканской формы правления, в условиях федеративного типа государственного устройства (а не авторитарной монархии и унитарного государства, как у нас было раньше) - в этих условиях роль парламентской составляющей власти резко усиливается. У нас появляются новые властные органы: Контрольно-счетные и Счетные палаты, Уставные суды - и они уже могут играть самостоятельную роль, они могут порождать некую интригу процесса. И Ваш вопрос о том, будет ли интрига, имеет право на существование.
Ю. Н. В связи с решением, которое принял Конституционный Суд, как будет действовать Уставный суд Санкт-Петербурга?
А. М. Надо всегда учитывать политическую ситуацию. И я еще раз настаиваю: сегодня наличествует один ‘нерв’, но это не более чем версия, не более чем экспертная оценка.
Ю. Н. То есть ситуация необязательно будет развиваться именно по тому сценарию, который Вы изложите?
А. М. Да. И тем не менее, сегодня решение высшего органа конституционной юстиции - Конституционного Суда России - дает возможность вступить в игру (а демократия - это, во многом, игра, к сожалению или к радости) и другому органу юстиции. Помните, как в революционные лихолетья прежней поры говорили: ‘Ваше слово, товарищ Маузер!’. Сегодня - ‘Ваше слово, госпожа Юстиция!’. Посмотрите, в революционные лихолетья последнего столетия в ключевых процессах все время участвуют юристы: Ульянов-Ленин Владимир Ильич - Петербургский Университет, юрист; Керенский Александр Федорович, его земляк, кстати, и друг семьи:
Ю. Н. Да, из Симбирска, это известно.
А. М. :- Петербургский Университет, юрист; Горбачев Михаил Сергеевич, начавший процесс в Москве - Московский Государственный Университет, юрист; подводит итоги этого процесса выпускник Ленинградского Государственного Университета Путин Владимир Владимирович, юрист. Правоведы играют в демократическом процессе очень большую роль.
Ю. Н. Да, мы обсуждали это в прошлый раз.
А. М. У них высокий уровень подготовленности к решению задач.
В демократии речь, скорее, идет не о правовых и политических процессах отдельно, а о политико-правовых процессах: все-таки властная, политическая составляющая, властный интерес во многом доминирует. И сегодня, когда оцениваешь происходящее (а у нас задача экспертная), видишь, что Конституционный Суд еще больше высвободил здоровые парламентские силы на территории Санкт-Петербурга. Нам предстоят выборы. Какие силы помогут или, наоборот, воспрепятствуют губернатору, если он захочет баллотироваться на третий срок?
Ю. Н. Законодательное Собрание.
А. М. Законодательное Собрание. Оно будет переизбираться - последнее решение - в декабре 2002, то есть текущего года. И в этой связи я вспоминаю высший орган конституционной юстиции на территории субъекта федерации - Уставный суд, руководимый деканом юридического факультета Николаем Михайловичем Кропычевым, и решение этого суда от 15 июня 2001 года, постановление ? 015-П. Я зачитаю небольшой фрагмент: ‘Из положений Устава Санкт-Петербурга следует, что днем голосования по очередным выборам в Законодательное Собрание Санкт-Петербурга нового созыва является первое воскресенье апреля 2003 года’. Странно: только что принято решение, изменен Устав, выборы будут в декабре 2002 года - а раньше, 15 июня 2001 года, Уставный суд уже определился с датой выборов: апрель 2003 года. И далее: ’Согласно статье закона Санкт-Петербурга ‘Об Уставном суде’ настоящее постановление окончательно, обжалованию не подлежит и вступает в силу немедленно после его провозглашения’. Мне скажут: ‘Алексей Николаевич, что-то вы усложняете ситуацию. В конце концов Уставный суд, созданный на основании федерального законодательства и Устава Санкт-Петербурга, наделен определенными правомочиями самим Законодательным Собранием’.
Ю. Н. Но ведь не такими же полномочиями, правда?
А. М. А сейчас я прочитаю статью шестую Устава Санкт-Петербурга, которая называется ‘Окончательность решений Уставного суда’: ‘Решение Уставного суда, принятое в пределах его полномочий, является окончательным и не может быть пересмотрено иным судом. Уставный суд вправе, - замечу: вправе, но не обязан, - пересмотреть принятое им решение, если оно основывалось на нормах Устава Санкт-Петербурга, признанных впоследствии Конституционным Судом Российской Федерации неконституционными’.
Ю. Н. То есть вы хотите сказать, что коллизия уже налицо?
А. М. Я хочу сказать, что даже если когда-нибудь Конституционным Судом Российской Федерации отдельные положения Устава Санкт-Петербурга будут признаны неконституционными, то наш Уставный суд вправе пересмотреть свои решения, но никому не обязан, и что его решения окончательны!
Что же может дальше происходить? Мы помним замечательную суперновейшую историю с:
Ю. Н. Одну секунду, давайте закончим с этой темой. Суть заключается в том, что появился некий демократический орган, наделенный чрезвычайно широкими полномочиями, и люди, которые сейчас пришли в некое драматическое столкновение с ним - это те самые люди, которые его создали. Я правильно понимаю ситуацию?
А. М. Отчасти - да. Вы хотите провести аналогию с революцией, которая:
Ю. Н. Пожирает своих детей, это известно.
А. М. А дальше все, как везде. Когда фирма порождает дочернюю фирму, то это уже самостоятельное юридическое лицо, и оно зачастую не отвечает по обязательствам:
Ю. Н. И не всегда испытывает дочерние чувства.
А. М. Так вот, Уставный суд принял решение, оно основывается на нормах Устава, окончательное и обжалованию не подлежит. Сейчас, насколько мне известно, нормы Устава пересмотрены, выборы назначены на декабрь, но предыдущее решение осталось, вступило в законную силу и оснований его пересматривать может не появиться. Что это означает? Это означает, что сегодня в городе Санкт-Петербурге есть две реальные политические силы (может быть - три, может быть - четыре, но две - точно): это губернатор Яковлев (и аффилированные с ним лица), который имеет достаточное представительство в Парламенте, но пока, реально, отнюдь не уставное большинство.
Ю. Н. Уставное большинство - это:
А. М. Тридцать четыре голоса.
Ю. Н. Это 75 процентов, три четверти.
А. М. Да. Вторая сила, которая сейчас нарастает, но еще не выросла до возможности взять большинство (даже простое) - это пока ‘Воля Петербурга’, Сергей Михайлович Миронов. Миронов делегирован по новому федеральному закону в Совет Федерации от Законодательного Собрания Санкт-Петербурга, и он, являясь, как его сейчас называют, третьим высшим должностным лицом Российской Федерации, естественно, заинтересован в том, чтобы в городе не было коллизий, чтобы не пришел тот состав ЗАКСа, который вдруг захочет его отозвать (тогда вся пирамида этой властной конструкции разрушится). Губернатору Яковлеву, насколько мне известно, было выгоднее досрочное переизбрание парламента - весной этого года. И вспоминаю историю, когда губернатор Владимир Анатольевич Яковлев решил переизбраться - ставя во главу экономию бюджетных средств, прежде всего, - в декабре 1999 года, вместе с выборами в Государственную Думу. А органы федеральной юстиции - Федеральный Суд - поставил все на свои места - так, как считал нужным.
Ю. Н. Тогда было предпринято мощное волевое решение для того, чтобы опрокинуть решение предшествующее.
А. М. Я не знаю, как это осуществлялось.
Ю. Н. В прессе об этом много говорилось.
А. М. В прессе об этом писалось?..
Так вот, я боюсь, что коллизия сегодня уже создана. И кто-то может получить фальстарт. То есть участники подготовятся к выборам: и ‘Единая Россия’, и ‘Союз правых сил’ с ‘Яблоком’ или без, и какой-то новый левый центр - все раньше времени наймут и привлекут имиджмейкеров, социотехнолгов, капиталы, начнут избирательную кампанию. И в этот момент включится механизм федеральный юстиции, которая скажет: ‘Вы знаете, все это очень хорошо, но вы вне правового поля. Пожалуйста, извольте поправиться. Или мы вас поправим’.
Ю. Н. Да - апрель 2003 года.
А. М. И к этому времени взрастет ‘Воля Петербурга’ и еще какое-то новое образование.
Ю. Н. Алексей Николаевич, кто может инициировать этот процесс, кто поднесет спичку к бикфордову шнуру для того, чтобы ‘рвануло’ так, как Вы говорите?
А. М. Я думаю, что это могут сделать силы, ориентированные на Сергея Михайловича Миронова и на ‘Волю Петербурга’. Федеральные силы.
Ю. Н. Это может сделать только законодатель или любое частное лицо, которое посчитает, что его права как жителя Петербурга ущемлены?
А. М. У нас есть прецеденты: как раз частные лица и обращаются (у нас же диктатура закона в обеспечении прав рядового гражданина!).
Само Законодательное Собрание на основе своего собственного Устава создает высший орган конституционной юстиции - Уставный суд. А он, в свою очередь, может стать тем ежом на пути танков, на которых написано: ‘Произвол’. ЗАКС породил то, что его самого ограничивает Поэтому коллизия, мне кажется, впереди (при этом, я высказываю не более чем экспертную оценку).
Ю. Н. Вы можете это не повторять так часто, потому что телезрители к этому привыкли.
А. М. Коллизия слишком серьезная.
Ю. Н. Хорошо. Давайте теперь подводить итоги. Какую социополитическую конструкцию мы имеем перед собой и каковы возможные последствия?
А. М. Последствия, я думаю, сугубо политические - для сторон-участников процесса. О рядовых гражданах-избирателях игроки на этом поле, на мой взгляд, думают нечасто (в основном - поближе к выборам). Дальше что может произойти? Фальстарт. И все ‘вброшенное’ окажется в пассиве.
Ю. Н. Понятно.
А. М. И выйдет кто-то весь в белом и овладеет ситуацией. Об этом можно думать. Это практическое и даже очень практическое последствие.
Ю. Н. Алексей Николаевич, мы начали с событий, которые имеют общефедеральное значение и вроде бы напрямую не затрагивают судьбы простых граждан и избирателей - а получилось эвон как. Ну что ж, я благодарю Вас за Ваши экспертные оценки, за Ваши прогнозы. Вас, уважаемые телезрители, я благодарю за внимание к нашей передаче. До новых встреч в эфире!