Программа ’Алексей Мусаков: ‘Политология - это:’
ТРК ‘Петербург’ - Ленинградская областная телекомпания
29.11.2001 г.
Санкт-Петербургский Центр регионального развития и аналитическая программа ‘Отражение’ представляют цикл передач ‘АНШЛЮС’
Павел Гладнев: Алексей Николаевич, в одной из предыдущих программ Вы предрекали некую сенсацию в развитии событий, связанных с объединением города и области. И вот на прошлой неделе состоялась встреча губернатора Ленинградской области и Президента России. Вы, наверное, имели в виду результат этой встречи?
Алексей Мусаков: В частности, Павел Владимирович. Из состоявшейся беседы явствует (со слов губернатора Сердюкова), что Президент не собирается форсировать (или патронировать тем, кто форсирует) объединение города и области, о чем Валерий Павлович Сердюков торжественно объявил, в частности, в эфире Ленинградского областного телевидения. Для нас это было очевидно, мы посвящали этому наши программы в течение нескольких недель.
П. Г. Складывается впечатление, что Вы заранее знали об этом.
А. М. Для этого не нужно быть искушенным в знании каких-то ситуаций - нужно просто быть выпускником, как я люблю в последнее время шутить, ‘президентского’ юридического факультета Санкт-Петербургского университета. Владимир Владимирович Путин - президент-юрист, питерский юрист. Он, мне представляется, отлично осведомлен о том, что для осуществления слияния двух равноправных субъектов Российской Федерации необходимо внести изменения в Конституцию России. Что сложно сделать.
П. Г. Хорошо. Если Вы знали об этом, во всяком случае предполагали это, тогда к чему были все наши разговоры?
А. М. Смысл происходящего - в ином. Причем, есть несколько уровней смысла. Один из них - смысл тех людей, которые организуют выборную кампанию в Законодательное Собрание Ленинградской области с целью внедрения в парламент представителей прогубернаторского петербургского истеблишмента. ‘Десант’ питерских кандидатов в область. При этом наибольшая активность должна, мне представляется, проявляться в тех округах, которые непосредственно примыкают к территории Санкт-Петербурга. Город с областью по форме - некая бабочка с телом и головой, и вокруг города (тела с головой) есть участки (это, безусловно, версия: политолог имеет право на версию), граничащие с территорией Санкт-Петербурга, которые в будущем могут быть особенно интересны Санкт-Петербургу. Не интригуя, просто открыто предполагаю следующий вариант развития событий. Условно говоря: ‘Мы (санкт-петербургская элита, истеблишмент) предлагаем вам (жителям Ленинградской области) объединиться с Санкт-Петербургом и осуществляем ряд мероприятий. Ничего из этого не выходит. - Была бы честь предложена! И на следующем этапе мы предлагаем ряду регионов Ленинградской области начать борьбу за присоединение к субъекту федерации городу Санкт-Петербургу (к его трехсотлетию!..), дабы укрепить этим Санкт-Петербургский регион, Родину Владимира Владимировича Путина. Кто же нас за это осудит?’
Всего лишь версия. Но эта версия неизменно приходит на ум, если знать, что для слияния города и области - юридически трудноосуществимого в плане собственности, местного самоуправления (чему были посвящены все наши эфиры) - требуется изменение Конституции. А вот изменение границ субъектов федерации требует всего лишь согласия субъектов федерации и федеративного закона. То есть теоретически это можно осуществить. Можно (я опять-таки повторяю: это версия), увеличить территорию Санкт-Петербурга за счет важных, ключевых территориальных образований Ленобласти.
Есть еще одно обстоятельство: есть человек, есть группа лиц, которые готовят прообраз новой российской государственности. Среди них есть политический лидер и есть очень одаренный социотехнолог, которого я знаю уже много лет (хотя он молод).
П. Г. Какая взаимосвязь между тем, что мы обсуждали в предыдущих программах, и этими Вашими выводами?
А. М. У Владимира Владимировича Путина есть два соперника-дублера (это особенности избирательных кампаний, особенности электоральных выборных законов в демократии): Касьянов и Селезнев. Мы неоднократно говорили про фактор левого центра. Сейчас система уравновешена: Путин удерживает, центрует систему. Тем не менее, мы уже говорили о том, что Северо-Западный регион, и особенно Санкт-Петербург - город федерального значения, Родина Президента, в плане умонастроений избирателей очень чувствителен к разного рода скандалам, компрометирующим материалам, неурядицам. А Санкт-Петербург - это ключ к победе президента Путина - к его переизбранию на следующий срок.
Любое ослабление ситуации в Северо-Западном регионе - ослабление позиций Путина - приведет к усилению одного из факторов - либо Касьянова, либо Селезнева. А так как процесс сдвигается в сторону левого центра - современных коммунистов (это уже отмоделировано в 209 округе на несостоявшихся довыборах в Государственную Думу, где победил Савельев; один из наших эфиров был посвящен этому) - то, скорее всего, следует ожидать усиления фактора Селезнева.
Могу предположить: все, что здесь, как сейчас модно говорить, пытаются ‘замутить’ в плане ослабления прочности позиции Путина в регионе, выгодно тем, кто готов сместить вектор процесса в сторону левого центра - современных коммунистов, Селезнева на выборах президента. А потом, после селезневского - социал-демократического, розового, как некоторые говорят, этапа вывести нового, молодого перспективного лидера. Не сейчас - через годы, может быть, через десять лет. Имя ему - Сергей Владиленович Кириенко. Сейчас - невозможно: с Кириенко связывают дефолт (август 1998 года). Но он молод и очень перспективен. Прообраз новой федеративной российской государственности сейчас рождается в Поволжском федеральном округе. Кроме того, есть человек, в чьи замыслы, как мне представляется (я здесь выступаю как эксперт) входит создание, креация этого нового лидера. Чем хуже в Северо-Западном регионе, тем хуже президенту Путину - а значит, тем больше вероятность обращения процесса в сторону интересов Селезнева и стоящих за ним левоцентристских сил; тем больше вероятность в случае поражения Путина (не приведи, Господь, для его соратников) и победы Селезнева вскоре предъявить Западу (а нас из демократии, как я повторяю, никто не выпустит) нового, молодого перспективного лидера западного типа - Сергея Владиленовича Кириенко.
Социотехнологов недооценивать не надо, в эпоху ранней демократии - тем более. Ефим Викторович Островский, пообещавший в одном из интервью, что следующим президентом будет его кандидат, слов на ветер никогда не бросал, поверьте! Я знаю его немало лет. Поэтому все усилия тех, кто заинтересован в обеспечении интересов Путина, должны быть направлены на минимизацию любого конфликта в Северо-Западном регионе, как минимум - в Питере. В Питере - как обязательное условие. Здесь все должно быть - до трехсотлетия, во время празднования, во время перевыборов Президента - не просто хорошо и в интересах Путина, а очень хорошо и спокойно.
П. Г. Объясните, пожалуйста, в чем плюсы и минусы Вашего политического прогноза?
А. М. Плюсы, как и любого прогноза, в том, что, опираясь на него, к событиям можно подготовиться. Прогноз есть прогноз. Я не занимаюсь ни прорицаниями, ни гаданиями на кофейной гуще, ни астрологией (хотя уважаю эту дисциплину). Я занимаюсь ретроспективным и проспективным анализом - анализом возможных в будущем событий. Кому-то - кто готов прислушаться к этим разработкам, к этому анализу - это поможет. Может быть, это поможет тем, кто работает в интересах Селезнева; может быть, это, будучи не услышанным, очень поможет тем, кто работает на Сергея Владиленовича Кириенко. Мне не раз в жизни доводилось наблюдать ситуации, когда, не прислушавшись к прогнозам, люди невольно позволяли произойти тому, что прогнозировалось. Так всегда бывает с любой аналитической информацией: сначала она вызывает оторопь и сопротивление, потом - легкое недоверие, а потом становится банальной реальностью.
В свое время, уже в бытность Путина, я сказал что следующим премьер-министром России будет Михаил Михайлович Касьянов. Никто в это не поверил. (Правда, я тогда еще одну фразу произнес: ‘А может быть, впоследствии и президентом’.) И он стал премьер-министром, дублером Путина! Девять месяцев прошло с момента предъявления прогноза до назначения Михаила Михайловича Касьянова премьер-министром Российской Федерации. Кто услышал этот прогноз? Это произошло, как происходило многое: с удивительной, порою приводящей в состояние грусти, закономерностью.
:Сегодня, сейчас мы впервые делаем долгосрочный прогноз: лет эдак на семь, на десять.
П. Г. А народу-то что до Ваших прогнозов?
А. М. Все-таки, в демократии (особенно - в прямой демократии) народ, особенно ответственная, мыслящая его часть - интеллигенция - имеет самое непосредственное отношение к власти. И вся наша деятельность направлена на то, чтобы дать людям возможность размышлять и принимать ответственные, взвешенные решения; возможность понимать происходящее, не дать себя, как замечательно было сказано в ‘Семнадцати мгновениях весны’, ‘держать в польском преферансе за болвана’. Люди, все-таки, могут влиять на ситуацию - если каждый инженер, каждый врач, каждый учитель, каждый бизнесмен, каждый просто мыслящий, читающий человек будет в общих чертах понимать происходящее. Я считаю, что пора начать разбираться в происходящем. Не кричать, что мы стадо, которым вертят, как хотят, а пытаться разобраться в том, как нами вертят, в чьих интересах и что из этого следует не только и не столько для нас, сколько для наших детей, внуков и правнуков.
П. Г. Да, к сожалению, мы живем сиюминутным, моментом. Лет пять назад мы самозабвенно говорили: ’Ельцин - наш ‘столп’ и все остальное’; сегодня мы говорим то же самое о Путине. Пройдет какое-то время, и, может быть, появится новый герой.
А. М. Вот одного из этих героев мы с Вами сегодня, быть может, впервые и назвали. Я так вижу. Это любимая фраза морфолога в медицине (морфологи - специалисты по структуре в разных дисциплинах). Я вижу, что зажигается, уже во второй раз, звезда Сергея Владиленовича Кириенко. И чем больше будет конфликтов, междоусобиц, трудностей, тем больше вероятность прихода к власти левоцентристов, Селезнева (уже не Зюганова) и тем больше вероятность ставки западной демократии на нового, перспективного, современного, прагматичного лидера - Кириенко, который докажет в Поволжье, что он умеет властвовать и править в современных условиях.
П. Г. Нам остается только выбирать?
А. М. Да, таков удел граждан: выбирать в большей степени, нежели быть избранными. Это в русской ментальности - иерархия ответственности, а не иерархия прав. В России это традиционно честь и ответственность. Недаром право выбора - ‘активное избирательное право’. Право избирать - это бóльшая ответственность, нежели быть избранными. Это высокая честь для любого думающего гражданина-патриота. (Ничего плохого и вычурного в слове ‘патриот’ нет. Это просто психическая, нравственная человеческая норма. Живешь в своей стране - будь патриотом.) Это высокая ответственность - избирать. Как говорил один деятель, ‘это надо понимать правильно’.
Мы же, чем можем, пытаемся споспешествовать этому пониманию. У большинства нет возможности пристально следить за происходящим. Но есть люди, которые когда-то в чем-то могут помочь разобраться. Пусть даже в виде версии.
П. Г. Ну что ж, это уже другая история. Вернемся к сегодняшнему этапу: итак, объединению не быть?
А. М. В том варианте, в котором оно задумано - думаю, не быть.
П. Г. Хорошо, на этом и остановимся.