Программа ’Алексей Мусаков: ‘Политология - это:’
ТРК ‘Петербург’ - Ленинградская областная телекомпания
04.04.2002
Юрий Николаев: Сегодня мы продолжаем начатый в прошлой передаче разговор о судьбах российского парламентаризма. Основой для экспертных оценок политолога Алексея Мусакова служит интервью председателя Законодательного Собрания Санкт-Петербурга Сергея Тарасова, размещенное в ‘Парламентской газете’ под многозначительным названием ‘Если в парламенте тихо - значит парламент умер’ и выступления его коллег по Законодательному Собранию, опубликованные в ‘Санкт-Петербургских ведомостях’ и в той же ‘Парламентской газете’.
Алексей Мусаков: Прежде всего, Юрий Афанасьевич, я бы хотел позволить себе, уважая наших зрителей, процитировать наиболее значимые, знаковые с моей точки зрения отрывки, пусть даже они будут пространными :
Ю. Н. То есть пересказывать Вы не хотите.
А. М. Нет. Я хочу цитировать (помните, нас учили общению с первоисточниками, и правильно учили, мне кажется) ключевые положения, иногда пространные, иногда лапидарные. В ‘Санкт-Петербургских ведомостях’ появились интервью-отклики нескольких коллег Сергея Борисовича Тарасова - депутатов Законодательного Собрания - на его высказывания. Это некий срез - и поколенный, и судьбоносно-политический (потому что у каждого из этих политиков своя судьба).
По поводу интервью председателя петербургского парламента высказались несколько депутатов: Владимир Еременко, Олег Нилов, Юрий Гладков, Михаил Амосов и Виктор Евтухов. Большинство депутатов, по существу, выступают против смешанной системы выборов на предстоящих выборах в Законодательное Собрание. Олег Нилов пишет: ‘Вопрос о партийных списках на будущих выборах в регионах настолько серьезен, что целесообразно было бы посоветоваться об этом с населением’. Юрий Гладков (‘Союз правых сил’) высказывает противоположное мнение: ‘Появление партийных списков на региональных выборах - явление неотвратимое. Оно вполне логично, и вряд ли сегодня имеет смысл идти в этом вопросе против течения’.
А вот теперь мы можем перейти к некой интеллигентной, благожелательной форме полемикис представителями нового поколения из интервью Виктора Леонидовича Евтухова.
Ю. Н. Слово ‘критика’ Вы не произносите, Вы произносите слово ‘полемика’.
А. М. Даже отчасти критические высказывания Виктора Леонидовича Евтухова - и в этом новая черта современного политика - прежде всего доброжелательны, уважительны, конструктивны, интеллигентны. Мы, все-таки, Питер. Мы обязаны быть корректными, интеллигентными и - есть хорошее слово в Центральной России - не ‘нахалливыми’ (простые русские женщины в деревне говорят: ‘Они такие нахалливые!..’). Мы не можем быть ‘нахалливыми’, мы можем быть такими, какими нас воспитывает наш без преувеличения великий город.
Итак, отклик на интервью Сергея Тарасова в ‘Парламентской газете’, опубликованный в той же газете от имени депутата Законодательного Собрания Виктора Евтухова в четверг 28 марта 2002 года:
‘Парламент - это отражение общества’
Первое и главное мое ощущение, возникшее по прочтении интервью - это ощущение искренности. Сергей Тарасов искренен, быть может, даже во вред себе на фоне неиссякаемой трагифарсовости в нашей политике. :
: Уровень образованности наших парламентариев довольно высок, но нет пределов по углублению знаний и совершенствованию умений, обогащению своей личной культуры. Мы - граждане - ощущаем столь жесткий императив эпохи и нам нужна патриотичная элита, способная на новом историческом витке полноценно обеспечить национально-государственные интересы России. Не об этом ли по крупному счету рассуждает Сергей Тарасов?
Но есть в интервью и идеи дискуссионного плана. Думается, Сергей Борисович не всегда последователен в защите современных демократических институтов. С одной стороны, он выдвигает положение о необходимости парламентского противовеса исполнительной власти, причем на обоих уровнях: как Федерации в целом, так и каждого ее субъекта в отдельности, и здесь с доводами председателя трудно не согласиться. Действительно, ‘там, где есть сильная представительная власть, - там начинается демократия’. Этому учит теория, это доказано на практике. Но с другой стороны, вопрос о формировании однопалатного Федерального парламента, предусматривающий существенных изменения в Конституции России, а фактически - придание нашей федерации иного властного наполнения - требует тщательного, взвешенного анализа и не решается с наскока. :
Такая противоречивость парадоксально и органично уживается в умах и сердцах отечественной элиты: склонность к унитаризации, желание видеть Россию только ‘единой и неделимой’, некая вековечная вера в святоотеческие предания, все-таки монархическое подсознание и одновременно ‘продвинутое’ цивилизованное сознание, а значит, осознание того, что нужно коренным образом модернизировать политическую систему страны. Вот и хочется мне спросить, пока молод по возрасту и недостаточно искушен в политике: так, может быть, парламентская монархия и унитарное государственное устройство полезнее федерации с разными ‘наполнениями’, а авторитарная демократия и является оптимальным типом политического режима? Вероятно, сии противоречия в умах и сердцах живы и еще долго будут определять наши представления о развитии российской государственности. :
Очень кстати, мне кажется, лидер петербургского собрания заявил в своем интервью: ‘Я не отношусь к друзьям Путина’. Любопытно, сам ли себя он не относит, или же его кто-то не относит? Из текста это прямо не явствует. Но оно отчетливо явствует: к льстецам, славословящим высоких персон, а не живое дело, Сергей Тарасов причислять себя не желает. Хотя и неуважительных отзывов о главе государства от спикера слышать не доводилось.
Бытует взгляд: ‘Парламент - это концентрированное отражение общества’. Не спорю. Тогда руководитель парламента - ключевая, центральная фигура на такой своеобразной красочной фотографии. Давайте посмотрим на себя: по отдельности и в совокупности. Может быть, мы действительно такие? : А что готовит нам грядущий парламентский день, мы скоро узнаем.
И еще: хочу высказаться о позиции Сергея Тарасова по поводу так называемой смешанной системы выборов в региональные парламенты России. Мне думается, не стоит торопиться с излишней политизацией парламента. Впоследствии, после 2004 года, когда в стране состоятся президентские выборы, можно провести неспешную и качественную огранку представительных структур. И это будет своевременно, уместно и целесообразно.
Ю. Н. Я никоим образом не хочу умалить достоинства Евтухова, но в наших с Вами полугодовых беседах Вы довольно часто апеллируете к его примеру. Скажите мне, пожалуйста, неужели на Евтухове свет клином сошелся? Или он является для Вас знаковой фигурой, что-то определяющей в молодом поколении политиков?
А. М. Безусловно - второе. Хотя и первое имеет значение: я не отрекаюсь от того, что Виктор Леонидович Евтухов называет меня своим учителем и человеком, приведшим его в политику. Это так. Я работаю с Виктором Леонидовичем Евтуховым, помогаю ему, как могу. Все дело в том, что он, на мой взгляд, открывает собой (и именно в Питере, на родине Президента Российской Федерации Владимира Владимировича Путина) некий новый, как любят говорить врачи, пул политиков. Мы упоминали и других молодых политиков - Андреева, Ташевского, Жукова. Думаю, мы постепенно будем знакомить наших телезрителей с этими новыми дарованиями. Но Виктор Леонидович Евтухов выделяется среди них принципиально (недаром мы процитировали отрывки из его интервью). В чем главное отличие между поколением политиков, которое представляет Сергей Борисович Тарасов и поколением:
Ю. Н. Как терминологически мы определим поколение, которое олицетворяет Тарасов, и поколение, которое представляет Евтухов?
А. М. Сергей Борисович сам говорит о том, что он принадлежит к поколению поздних комсомольцев, которые пришли в политику, восчувствовав (в случае с Сергеем Борисовичем - в 1993 году, во время событий второго путча), что они (я мягче скажу, чем Сергей Борисович в своем интервью) ничуть не глупее сегодняшних политиков и их место может быть обозначено в рядах политического истеблишмента. То есть это в большинстве своем люди, имеющие за плечами опыт, причем опыт не столько партийный, сколько комсомольский, и в какой-то мере самопровозгласившие себя политическим истеблишментом.
Что касается Евтухова - и это принципиальное положение - он ни о какой политической карьере даже не помышлял. За ним несколько лет наблюдали, а потом ему предложили пойти в политику. Более того, пойти неким новым путем - когда тебе не нужно доказывать свои преимущества перед избирателями теми методами, которыми это делала политическая элита новодемократического периода. Я имею в виду, танцевать, как Борис Николаевич Ельцин во время выборной кампании вместе с молодежью, на стадионах выступать, говорить благоглупости, лишь бы они вызывали приятственную реакцию, заниматься вычурным популизмом ( публичный политик вынуждензаниматься популизмом, но важно, чтобы он не был столь вычурным, коим мы его наблюдали последние, как минимум, 10 лет). Это другой тип продвижения человека во властные структуры.
Ю. Н. То есть, если я Вас правильно понял, Сергей Борисович Тарасов в интервью сам говорит, что его приход в политику был случайным. А приход в политику Виктора Леонидовича Евтухова имеет в основе планомерную продвиженческую работу. И это - то, что отличает новое поколение от предыдущего.
А. М. Это отличает именно Евтухова. Другие представители по-прежнему могут быть самовыдвиженцами или выдвиженцами каких-то лоббирующих структур, политических организаций. В данном же случае речь идет о совершенно ином принципе: прежде чем предложить к избранию нового публичного политика, его для начала нужно найти, отобрать и подготовить к этому служению. Естественно, что зачастую отбор идет среди тех, кто уже как-то себя проявил. Но есть люди, которые еще совсем никому неизвестны в публичной власти.
Ю. Н. И это путь наиболее перспективный, Вы считаете?
А. М. На мой взгляд, да. Путь отбора перед избранием, путь подготовки, обучения по специальным программам, прежде чем человек вступит во власть. Помните, была такая замечательная фраза в песне: ‘Дай Бог не вляпаться во власть и не геройствовать подложно’. ‘Эпоха лжи и обмана’(выражение питерского социолога, замечательной женщины) во многом характеризовалась, на мой взгляд, тем, что люди во власть ‘лезли’, ‘вляпывались’ и геройствовали зачастую - и подложно, и натужно. И все это было отмечено (меня поймут сейчас врачи, особенно те, кто занимается эмоциональной сферой человека) вычурностью. Вычурность - признак неестественности.
Мы неслучайно взяли это интервью, в котором как в капле воды отразилась идеология маленькой (по времени) эпохи. Парламент - это действительно срез общества. А лидер парламента - некое ‘лицо’ этого среза, его обобщенный образ. И мне хотелось, чтобы сегодня мы вместе с нашими зрителями - думающей частью общества - спокойно проанализировали, в чем принципиальное различие (не только то, о котором я сейчас говорил) двух образов. Ибо в публичной политике, я все время напоминаю, есть определенная аналогия с театром: избирается не только и не столько конкретный человек - избирается образ этого человека.
Человек в своей жизни может быть лично знаком максимум с несколькими десятками тысяч людей, которые рассредоточены на значительном пространстве. А избирается он от конкретной территории, и не может быть лично знаком с каждым из своих избирателей. Поэтому с помощью средств массовой информации, с помощью избирательных технологий, с помощью пиар-методов, с помощью имиджмейкеров (которых сейчас очень много и которые в принципе работают и по отечественным, но, в основном, по западным технологиям) человека продвигают во власть, предъявляют к избранию. Чаще всего это делают с людьми, которые могут за это заплатить. Или кто-то за них может заплатить серьезную сумму.
Ю. Н. Алексей Николаевич, в связи с истечением нашего эфирного времени мы вынуждены поставить не точку, а многоточие. Мы продолжим разговор на эту тему в следующей передаче. Я благодарю Вас за Ваши экспертные заключения.
Уважаемые телезрители, благодарю вас за внимание к нашей передаче. До свидания.