“Эхо Москвы в Петербурге”
от 28.01.05
Виктор Черногоз: Сегодня наш гость – известный политолог Алексей Николаевич Мусаков. Сразу проанонсирую наш пейджер 346-15-00, абонент “Эхо Петербурга”. Мы сегодня будем обсуждать разные темы, но начнем с события, которое модно назвать событием месяца. Это, конечно, акции протеста по поводу монетизации и самих реформ. Много раздается критики и по сути реформы, но больше всего вопросов, почему это было сделано так в спешке, не слушая мнение регионов, создается впечатление, что не совсем продуманно. Так почему это делалось так и зачем это делалось?
А.Н.Мусаков: У меня как у питерского человека на самом деле остается больше вопросов, чем ответов. Но у меня есть своя версия. Сомневаться в правовой, аналитической, профессионально-управленческой государственнической компетентности Владимира Владимировича Путина, который сегодня реально руководит и администрацией президента, и правительством, у меня нет оснований. Более подготовленного для выполнения функции президента Российской Федерации по послужному списку человека, нежели Путин, думаю , в стране просто не было. Его как- будто вели по всем постам. Я не буду перечислять все его должности, которые он занимал. Здесь возникает еще один вопрос: почему это заделывалось в 2004 году и “проросло” в начале 2005 года? Что, не было центров ситуационного анализа? Что не было центров информации? То, что сам закон начал заделываться вскоре после триумфального переизбрания( не до, а после), это очевидно. То, что все это развивалось параллельно с очередной бархатной “оранжевой” революцией у соседей на Украине, тоже всем очевидно. Почему не остановились? Почему пошли вот так? Почему сейчас в спешном порядке поправляют ситуацию? Все это вызывает вопросы. Представить себе, что это ошибка, я не могу. Потому что ошибаться может тот, кто некомпетентен, это некое добросовестное заблуждение. Но это не по-Путину, не по-путински. Если бы мне сегодня “в лоб” задали вопрос: “Это хорошо или плохо, данная реформа и методы и способы её осуществления?” Я долго думал над этим вопросом, анализировал зарубежные источники. Парадокс! Путин впервые нарушает некую схему, о которой я писал в книге “Перспективы путинской России”, которая два года назад тиражом 400 тысяч экземпляров бесплатно распространялась в Питере, и каждый питерский интеллигентный читающий человек мог с ней ознакомиться. Там ведь есть формула: либеральная политика в сфере экономики, социальные приоритеты, как и положено, в социальной политике и патриотизм в ядре мировоззрения – в идеологии. И вдруг Путин, якобы, консервирует либеральную экономическую политику (имеются в виду все эти рулады с ЮКОСом), проводит либеральную, монетаристскую по существу, политику в социальной сфере, отчетливо рискуя, и все это параллельно с “оранжевой революцией”, с её, как заявил мой коллега Ю.И.Светов в эфире у А.Лушникова, некой “духовной” с нами близостью. Активизируются “края”, как при Горбачеве, как Горбачева выдавливали, и ему на смену шел Ельцин, так и сейчас в неогорбачевском стиле ведется политика. Активизируются как либеральные оппоненты, либеральные демократы, так и социальные оппоненты – левые, патриоты активизируются. Все политические силы за исключением центристских проправительственных фактически критикуют политику президента(теперь уже не только правительства) и встают в оппозицию. Идет возглавление митинговой стихии.
Виктор Черногоз: А что это нельзя было просчитать до реформы?
А.Н.Мусаков: Я думаю, что здесь что-то другое. Я думаю, что все происходит по тому известному анекдоту времен застоя, помните? “24 октября рано, 26-го – поздно. Ходит Владимир Ильич по Смольному, и вдруг мальчик говорит: – “25-го”. А как зовут тебя, мальчик? Леня Брежнев. Правильно – 25 -uj !” У меня ощущение, что есть некая аналогия с каким-то провоцированием. В медицине, например, раньше для выявления заболевания почек – хронического пиелонефрита использовалась преднизолоновая провокация. У человека нет признаков воспаления ни по анализам мочи, ни по крови, а все-таки ощущение, что есть пиелонефрит. И тогда давали две таблетки преднизолона, и воспаление провоцировалось. А потом его активно лечили антибиотиками, иммуностимуляторами, иммуномодуляторами. Объяснить политику высшего должностного лица можно, отчасти пытаясь опереться на специфику его первоначальной деятельности. Мне это все напоминает вот что: нужно продолжить такую политику, потому что впереди у нас, в связи с нашими обязательствами по вступлению в ВТО, в современный мир, предстоит такая же по существу монетаристская реформа в области здравоохранения, энергетики, образования, ЖКХ. Нужно проверить силы на этом этапе, подстроиться и создать социальную базу следующего этапа - преемственности власти. Единственный, кто теоретически абсолютно выигрывает от этой реформы, что признают и западные обозреватели, это жители деревень и малых городов. Это отчетливо теоретически ясно. Что привлекло внимание в зарубежной аналитике? И американская “ The Wall Street Yournal ”, и “ The Financial Times ” пишут об одном и том же: Путин так осуществляет реформы, как-будто ожидает необходимой паузы: делает все так, чтобы потом была пауза. Такая пауза нужна только тогда, когда ты видишь опасность: наличие реальной оппозиции в стране, причем, демократов как либеральных, так и социальных; очевидно влияние либералов в соседних регионах ( имеется в виду революции в Грузии и на Украине), видна возможность либерального реванша в США (я имею в виду американских демократов) в 2008 году, очевидна и ситуация в Европе. Я много говорю об этом на сайте www .musakov .ru , где отражаю свое видение процесса в целом через противостояние консерваторов и либералов. У Путина сейчас есть время для того, чтобы отчасти спровоцировать реакцию и суметь её купировать. Тогда всё встает на свои места: “Пароли, явки, места дислокации, персоналии участников, каналы сброса информации и обмена”. Можно “тщательнее”, как говорил Жванецкий, подготовиться к периоду, когда либеральные силы начнут действовать на всем протяжении Евроатлантики, затронув и Россию. Я, может быть, избыточно сложно говорю, но я так понимаю Путина: создание новой социальной базы для преемственности, провоцирование реакции политиков с обеих сторон для того, чтобы купировать ситуацию. Вот так я это вижу.
Виктор Черногоз: Нет ли здесь какого-то преувеличения по поводу либеральных и коммунистических сил? Мы же помним настроение после выборов в Государственную Думу. Казалось, что уже все, каких-то активных движений больше ни у левых, ни у правых мы не наблюдали. Вот только это мобилизовало их, но надолго ли?
А.Н.Мусаков: Я думаю, что процесс некоторое время будет продолжаться. Потом утихать в связи с умелыми купирующими действиями власти. Посмотрите, как быстро отреагировали в Питере, как реагируют в Татарстане. Лучше сейчас начать разбираться в ситуации, чем потом столкнуться с этим. Плюс - у нас еще проблема кризиса основных фондов, возможны техногенные катастрофы. Времена предстоят нелегкие, а впереди - прогнозированный нами, в частности, реванш либеральных сил в Евроатлантике. Я думаю, что на финишную прямую выйдет Хиллари Клинтон, сработает программа первой женщины-президента Соединенных Штатов, сверхдержавы и империи, это будет. В Германии на смену Шредеру и социал-демократам могут прийти ХДС –ХСС, вместо Штойбера тоже будет женщина. Фактор феминократии активно включается. Мы видим прогнозированный нами на Украине фактор Тимошенко, к которой я с 2001 года (православные не дадут соврать) привлекаю внимание. Процесс идет туда, и основания для реанимации либеральных волн есть. Была раньше социальная революция по Карлу Марксу. Сейчас идет либеральная революция по Карлу Попперу.
Виктор Черногоз: У нас в эфире политолог Алексей Мусаков. Мы говорим от последних реформах правительства, о том, чем это все грозит. Как я понимаю, планы правительства – выявить наиболее активную часть, которая может составить оппозицию президенту Путину и его преемнику. Я правильно излагаю?
А.Н.Мусаков: Да. Теперь в программе А.Лушникова эксперты стали употреблять термин “седая революция”. Подготовка к революции идет. Я считаю, что революционер – это диагноз, а политика, чем дальше, тем больше – это медицинская ситуация. Революционером надо родиться, стать и остаться. Они есть, и сейчас они выявлены уже все, они уже проявились.
Виктор Черногоз: Николай Иванович пишет: “ О каком триумфальном избрании Путина можно говорить, если ОБСЕ президентские выборы были признаны нечестными. Несвободными и недемократическими?”
А.Н.Мусаков В.В.Путин оценку ОБСЕ уже дал – довольно жесткую и резкую, может быть, отчасти, и в связи с этими обстоятельствами. Но я хочу напомнить, что в октябре 2000 года я сказал, что Путину необходимо получить не меньше 70%, и на перевыборах он их получил. Постарались для того, чтобы обеспечить некую стабилизацию. Так вот, если мы сегодня говорим о пресловутом административном ресурсе, который способен обеспечить 70%, то давайте посмотрим на все эти ресурсы технологические, административные и пр. в той же Украине. Янукович В.Ф. во П туре голосования получил 53%, Ющенко В.А. в Ш туре голосования - 52%. А где 70%? А вот у М.Саакашвили – 96%. Все эти разговоры мне кажутся излишними. Вчера у Лушникова выступал Б.В.Подопригора – военный эксперт, конфликтолог, так он сказал: “ Давайте перестанем говорить о честных и нечестных выборах. Все это давно в прошлом. И технологии, и административный ресурс работает вовсю, особенно, когда явка низкая”. А вот когда идет волна, то она идет. И её никаким ресурсом не перешибить, никакими технологиями не расщепить. 70% - это серьезная цифра.
Виктор Черногоз: Вопрос Надежды с пейджера: “Что имеет в виду уважаемый политолог, когда говорит слово ‘купировать’? Может быть, повторить события Новочеркасска, Риги или Чехословакии?”
А.Н.Мусаков: Нет, я это не имею в виду. Я говорю об одном: чаяния наших либерально мыслящих интеллигентов могут закончиться, как это наичаще в России бывает, трагедией. Объясню почему. Режим спецслужб, да еще их элитного компонента – политической разведки, который я, якобы, восславляю и приветствую… (но в связи с тем, что делал мой дворянин дед, служа этой системе, в частности, я не скрываю этого). Я уповаю, чтобы он продлился подольше! Потому что на самом деле мой прогноз простой: не либеральная демократия придет на смену спецслужбовскому режиму в России, отнюдь, при всей поддержке Запада, а скорее - Пиночет, т.е. военная диктатура. В свое время как Михаил Леонтьев, которого я помню с 1989 года (большой был либерал) призывал русского Пиночета, так и Константин Натанович Боровой (меня демократы сейчас слышат) на тусовке после провала демократовв декабре 2003 года в “Астории” сказал, что он делал А.И. Лебедя как русского генерала-либерала. Внутри процесс развивается в эту сторону. Режим чрезвычайного положения достаточно тонко обеспечивают спецслужбы. А вот режим военного – военные. Какого качества военные генералы могут прийти к власти, над этим, полагаю, стоит задуматься либеральной интеллигенции.
Радиослушатель Андрей: Алексей Николаевич! Я, к сожалению не читал Ваши труды, но вот сейчас послушал Ваши разъяснения по поводу либеральной и консервативной революции и скажу: “ Не хочется быть объектом для манипулирования как со стороны либералов, так и со стороны консерваторов. Получается, что мы какое-то какое-то быдло, стадо, которым заправляет какая-то группка, которая что хочет, то и ворочает. Зомбирует электорат, как угодно. Мы что объект для манипулирования, пешки в игре?”
А.Н.Мусаков: Безусловно, абсолютно так! Вопрос Андрея частный, прямой и открытый, и я должен ответить на него так же. Любая технология власти – это всегда псевдотеатр, это всегда манипулятивные технологии, особенно в эпоху, когда не “свита делает короля” (а король все же играет главную роль, т.е. король – единственный определяющий, как в монархии), а когда король публичный. Что такое республика? Один перевод этого слова – “общее дело”. Так И.Хакамада назвала движение. Второй перевод (филологи меня сейчас поддержат) - это “публичный король”. Поэтому всегда демократия – социальная ли, либеральная ли – всегда вынуждена заниматься этим дурным театром, потому что театром это называть (культурологи- театроведы меня немедленно поправят) нельзя, и я не хочу называть это великим словом “театр” то, что происходит. Но это - типичное манипулирование, и давайте прекратим испытывать иллюзии по этому поводу! Я в Питере произношу парадоксальное, когда говорю, что самым оптимальным в условиях продолжающейся примитивизации популяции(мы ведь видим, какие программы сейчас имеют успех; питерские люди моего поколения видят, что сейчас несется с экранов, даже с первого канала, причем без особо злого умысла!) было бы возвращение к конституционной православной монархии в современной России. Абсолютно реально - через 10-15 лет. И это может стать единственно спасительным. В Англии – реальной прародительнице сегодняшней демократии – монархию удалось оберечь. Посмотрите, какая стабильная, устойчивая система! Я уж не говорю о других странах – о Швеции, о Дании, об Испании, о Японии. Мы в России впали в огромную гордыню. Я знаю, что масса интеллигенции особенно гордынной, забывает о том, что великие русские ученые – физиологи, врачи, как И.П.Павлов, были православными людьми, великие русские мыслители в конце концов, отринув гордыню, возвращались к православию. Поэтому в условиях примитивизации рефлексов сообщества, популяции (я ведь говорю с думающими интеллигентными людьми) это не столь уж “чудовищно, ужасно, кошмарно, ретроградно”. Это все от гордыни нашей. На самом деле, только тогда, когда будет привнесено человеческое во власть, а это, прежде всего – духовно и религиозное, человек отличается от животного способностью к религиозному сознанию - тогда манипулирование в чистом виде перестанет быть доминирующим. А пока – да. Да!
Радиослушатель Борис Владимирович Онегин: Вся история России – это история борьбы жесткой самодержавной централизованной власти и демократии. Как только демократия приходит в Россию, так неисчислимые беды обрушиваются на неё. Я напомню Вам: 1991 год, 1917 год, 1825, 1612. История Росси-то началась с того момента, когда русский народ покончил с демократией и призвал варягов. Вопрос у меня такой: всегда к этой демократии Россию выводил новый класс – это были сперва бояре, потом дворяне, потом большевики, и тогда скажите, когда осознает русский народ, что нужно выкинуть всю эту “шелупонь”, которая находится у власти, и тогда новые, энергичные люди, любящие Россию, родят монархию?
Виктор Черногоз: У меня вопрос к Борису Владимировичу – по Вашему мнению, у нас сейчас демократия в стране?
Радиослушатель Борис Владимирович Онегин: У нас сейчас межсезонье – нам демократия уже осточертела, но жесткая централизованная власть еще не берет власть в свои руки. Нужны новые люди, новый класс – энергичный, деятельный, пассионарный.
Виктор Черногоз: Если правильно понимаю Бориса Владимировича, то вопрос о том, кто в 2008 году будет преемником.
А.Н.Мусаков: Отрадно, что здесь – на “Эхо Москвы в Петербурге” впервые то, что я говорю о монархии, не воспринимается как некий примитивизм. Это приятно. Для начала надо определиться с тем, какая форма современной власти нам нужна. Монархия сегодня может быть только современной, она должны учитывать и достижения цивилизационной модели. Абсолютной монархии в России не может быть, в этом я убежден. Второе: я нигде не говорил, что я поклонник династийной монархии. В третьих: у нас нет ни Рюриковичей, ни Романовых – династий, представители которых могли бы возглавить Россию. Я уповаю на то, что элита спецслужб, как временный исполняющий обязанности коллективного монарха, проведет корабль до того этапа, когда появятся новые молодые силы, способные осуществить этот проект. У меня есть основания предполагать и полагать, что это – андроповский проект. Юрий Владимирович Андропов – был столбовым дворянином земли русской как по отцовской, так и по материнской линии, как впрочем, и некоторые другие офицеры высшего эшелона Комитета Государственной безопасности при Совете министров СССР.
Виктор Черногоз: Василий Федоровичи возвращает нас к более прозаическим вещам. Весь вопрос с пейджера читать не буду, он очень длинный, перечисляются многие ошибки, которые были допущены при принятии закона 122. Суть вопроса: “Если Путин все это знал, то почему не приостановил закон, если не знал, то сам не оказался на высоте. И как это все отразится на рейтинге президента?”
А.Н.Мусаков: Уже отразилось. По данным исследований Левады, в дебюте этого процесса рейтинг упал на 19%. Я с этого начал. Я не считаю, что – ошибка. Я считаю, что это – какой-то ход президента. Путин совсем не так прост. Я свою версию его подхода изложил: раньше выявить процесс, реакцию и купировать её. Купировать, конечно, не “жлобскими методами” - не танками, не расстрелами – это все в прошлом, сегодня работают другими технологиями.
Виктор Черногоз: Как Вы считаете, падение рейтинга президента будет продолжаться ?
А.Н.Мусаков: Думаю, да. Тем не менее, определенная часть популяции, не склонная к революционным гордынным бесноватостям, по-Достоевскому (потому что и либеральная, и социальная демократия для меня – бесовщина), люди, не склонные к бесовщине, “наевшиеся” её, - за эволюцию, а не за революцию. Они все-таки удержатся и удержат эту власть.
Виктор Черногоз: У нас в эфире был политолог Алексей Мусаков. Говорили о монетизации, её следствиях и о том, что нас ждет в будущем. Спасибо, Алексей Николаевич.
А.Н.Мусаков: Спасибо большое, до встречи.