Илья Худяков: Сегодня наш гость - политолог Алексей Николаевич Мусаков. Сразу обозначим нашу тему, внешнеполитическую: это Иран, ситуация вокруг ядерного досье, и ответ Ирана на предложение «шестерки» (Совет Безопасности плюс Германия). Что именно ответил Иран, никто не знает, каковы предложения Ирана?
А.Н.Мусаков: У меня по этому поводу одна версия. Для начала нужно вспомнить, что на переговорах с Ираном была вначале европейская «тройка», и были достигнуты какие-то предварительные, матричные договоренности, суть которых публично не разглашается. Дальше в процесс включились вышеобозначенные Вами лица: пять членов Совета Безопасности плюс Германия. Их предложения - в стиле «кнута и пряника»: с одной стороны, помощь в ядерных технологиях, в поставке обогащенного урана (естественно, для мирных целей), с другой - намек на т.н. мягкие санкции, которые к обузданию ядерной, в том числе, и возможной военной программы Ирана, по мнению многих обозревателей, как раз и не приведут. Более того, есть аналитические материалы о том, что многие американские политологи и политические аналитики полагают, что возможность применения военной силы против Ирана не исключена отнюдь (имеются в виду крылатые ракеты с бомбардировщиков Б-2 и Б-52) - по ядерным объектам Ирана. На сегодняшний день Иран, мне кажется, осуществляет в плане внешнеполитической деятельности тот аналоговый прием, который осуществлял Израиль в ходе израильско-ливанского конфликта при поддержке США, а именно: затягивание с принятием резолюции Совета Безопасности, но теперь уже по санкциям в отношении Ирана. Израиль затягивал, по мнению наших обозревателей, и Россия сделала елико возможно все, для того, что резолюция № 1701 от 11 августа 2006 года была принята и обеспечивала, по крайней мере, хоть какой-то хрупкий мир.
Илья Худяков : О мире-то говорить рано…
А.Н.Мусаков: Более чем, и, тем не менее, какое-то перемирие, вроде бы, под международной юрисдикцией достигнуто. Так вот, Иран затягивает переговоры.
Илья Худяков: Для чего Израиль затягивал, понятно: успеть как можно больше сделать до принятия этой резолюции, отодвинуть подальше «Хезболлу», нанести как можно более серьезный урон, в последний день велись самые активные боевые действия. А с какой целью Иран затягивает, ведь понятно, что рано или поздно разрешать вопрос придется?
А.Н.Мусаков: Помните, в фильме «Семнадцать мгновений весны» фразу: «Ответ для себя Айсман нашел в короткой справке об устном указании Шелленберга выпустить пастора под наблюдение Штирлица»? По аналогии я постараюсь в версионном плане ответить на Ваш вопрос. В Интернет-источнике «Политком.Ру» 25 августа с.г. размещено интервью под названием в стиле Ф.М.Достоевского и известной проблемы Родиона Раскольникова: «Иран я или право имею?». Интервью дает Вагиф Гуссейнов, директор Института стратегических оценок и анализа, главный редактор журнала «Вестник аналитики». Цитирую: « Иран может потребовать от ЕС разъяснений по некоторым пунктам июньских предложений «тройки» и выступить с инициативой свернуть свои ядерные исследования при достижении 5-процентного уровня обогащения урана». Вот и возможный ответ: Иран не хочет прекращать реализацию своей ядерной программы, утверждая, что она имеет мирный характер. В Иране считают компромиссом пятипроцентный уровень обогащения урана у себя на территории, который, дескать, не может привести (я говорю в виде версии) к созданию «военного атома» в Иране. При этом ряд обозревателей настаивают на том, что у Ирана сегодня просто нет другого выхода, для Ирана военная ядерная программа как часть большой ядерной программы (и мирной тоже) решает три задачи. Первое: Иран, в случае реализации этой ядерной программы, становится частью клуба индустриально развитых держав. Второе: обеспечивает себе реальную безопасность. А жизнь показывает, что если хочешь мира, готовься к ядерной войне надлежащим образом, по-прежнему. Это не наша российская цитата, эта мысль принадлежит не нам! И третье, что, может быть, важней всего: это стало некой национальной иранской идеей. Иран без мирного и военного атома не может претендовать на роль, как минимум, регионального лидера на Ближнем и Среднем Востоке, не может претендовать на роль лидера мусульманского мира(я не оговариваюсь), Иран не сможет обеспечить некую имперскую сущность сегодняшнего развития, т.к. в Иране есть еще и турки, и Южный Азербайджан. У Ирана есть своя «ахиллесова пята», о чем тоже пишут аналитики, поэтому нужно цементировать общество под влиянием внешней угрозы и под влиянием привлекательной перспективы своего развития.
Илья Худяков: Но ведь в этой самой «шестерке» тоже нет единого мнения по поводу способа и решения. Проблемы. США настаивают на введение санкций после 31 августа, если не будет получен ясный ответ Ирана. Но нас в этом вопросе, прежде всего, интересует позиция России.
А.Н.Мусаков: Есть интересное мнение о том, как Россия определяется в этом вопросе. Это тоже материал Политком.Ру от 25 августа, автор Елена Супонина, статья называется «Россия и три сценария развития событий на Ближнем Востоке». В статье, правда, говорится об израильско-ливанском, а значит, и иранском, а значит, и ближне- и средневосточном противостоянии, но смысл сводится к тому, что при любом развитии событий на Ближнем и Среднем Востоке Россия на сегодняшний день ничего не выигрывает, поэтому некая отстраненность во внешней политике России по данной группе проблемных вопросов прагматично объяснима. Россия может потерять в будущем (я высказываю свою личную версию) сильного союзника в лице развивающегося все-таки в умеренно консервативном и прагматичном направлении Ирана на мусульманском Востоке в целом. Кто скажет, что у России нет такой «проблемы» в связи с демографическими и другими показателями, тот скажет не всю правду, как минимум. Иран – наш стратегический в перспективе союзник на Востоке. Этнически - это индоевропейская семья, в том числе, – языковая: фарси – это индоевропейская группа языков. Это, как любили говорить наши националисты, арийцы, и при этом люди, которые исповедуют ортодоксальный ислам, как Россия - ортодоксальное христианство. Кстати, православных в Иране чтут.
Илья Худяков Тут Россия стоит в очередной раз перед выбором, с кем двигаться дальше: с США и странами, которые поддерживают США. или… Какой выбор, причем в который раз, придется делать?
А.Н.Мусаков: Мы все время говорим в традиционном контексте взаимодействия на международной арене суверенных государств. А в мире идет другой процесс, новеллистику эту я отмечаю достаточно давно. Задумаемся о том, что сейчас происходит на Ближнем и Среднем Востоке в мировом контексте. Мы давно говорим, что в Евроатлантике идет воинствующая либерализация, которую православные называют третьей апостасийной волной (первая – это Просвещение и буржуазные революции, вторая – марксизм как коллективистская социальная демократия, а третья, сейчас, по Карлу Попперу – воинствующий либерализм). Вместо интернационализма – транснационализм. Это действия по «размыванию» границ, это создание нового либерального мира. Причем, достигается эта цель через глобализацию. У глобализации есть две версии: одна – это собственно либеральная глобализация, что является стратегией американских демократов, условно, говоря, семейства Клинтонов & Co, которые скоро придут к власти окончательно в США, сначала в Конгрессе, а потом, я думаю, на президентских выборах после неоконсерваторов Бушей. С другой стороны, есть имперская глобализация, которая сохраняет представления о традиционной суверенизации стран. Так вот, в Евроатлантике в целом идет процесс либерализации, который по аналогии с медициной, я давно предлагаю назвать «шизоидизацией» массового сознания, причем в упрощенной форме. Это происходит в Европе и в США - в зоне действия «золотого миллиарда». А что в это время происходит на Ближнем и Среднем Востоке? Там происходит «шиитизация» ислама (это не игра слов!), по большому счету, противопоставляется ортодоксия. И там, и там это осуществляется через механизм десуверенизации государств.
Илья Худяков : И Иран претендует на роль лидера в этом исламском мире? Нужен ли России сейчас такой сильный центр, тем более, обладающий ядерным оружием?
А.Н.Мусаков: В традиционной ментальности я бы, конечно, ответил – нет! В традиционной бинарной ментальности, к которой нас приучили еще с советских времен: либо – либо. В троичной же модели мышления – скорее «да», чем «нет», потому что, на самом деле, мы констатируем десуверенизацию. Условно говоря, идет «шизоидизация» Евроатлантики, её либерализация, размывание границ, господство транснациональных корпораций и политических сил, опирающихся на эту доктрину. На Ближнем и Среднем Востоке, прежде всего, из Ирана при поддержке России и Китая (но больше – Китая!) идет «шиитизация» с десуверенизацией государств Ближнего и части Среднего Востока. Сегодняшние формы суннитской, но светской в своей основе, пропитанной духом Евроатлантики государственности, не устраивают подавляющее большинство населения. Шиитская ветвь мусульманства становится господствующей над умонастроениями значительного большинства населения этих мусульманских стран. И там, и там - два имперских полюса: Иран пытается работать на десуверенизацию Ближнего и Среднего Востока, сам оставаясь суверенным государством, проводит имперскую линию. Тот же процесс идет в США при Бушах. Эти две силы неминуемо должны столкнуться. Потому я и остаюсь приверженцем версии, что бушевское руководство, республиканцы, не исключено и с большой вероятностью, нанесут-таки военный удар по Ирану.
Илья Худяков: Но это в любом случае затронет Россию?
А.Н.Мусаков: Мы в любом случае ничего другого, кроме как попытаться извлечь максимальную пользу от такой мировой суперпозиции, пока еще от нас не очень зависящей, не можем. Мы, действительно, сегодня действуем по христианскому канону «Блаженны миротворцы», и в израильско-ливанском противостоянии, и в ситуации разрешения конфликта между имперской мощью США, предъявляемой Бушем & Co(которых теперь М.С.Горбачев называет «ястребами» и «авантюристами», и полностью солидаризуется с В.В.Путиным) и имперской мощью Ирана.
Илья Худяков: Но Иран тоже миротворцами не назовешь!
А.Н.Мусаков: У них свое представление о мире. Еще Л.Н.Толстой, создавая свое нетленное произведение «Война и мир», под миром понимал не только «мир» как отсутствие войны, а мир в целом. Так вот, мир в целом Иран понимает по-своему. Как и организация «Хезболлах»: шиитский лидер Хасан Насралла говорит, что у них нет цели превратить Ливан в аналог шиитского Ирана, но это их мечта. У них мечтателей много! Идет поляризация процесса. Мы занимаемся социобилогией. И там это видно: Россия сегодня вмешаться эффективно в этот конфликт реально не может. Но то, что он приводит к ослаблению основной части Евроатлантики, за исключением Европы и России, это так. Мы повлиять не можем, но завтра нам это станет выгоднее. А кто провозгласил политику реализма и прагматизма, не В.В.Путин? Так вот, из прагматических соображений у России сегодня ввязываться отчетливо на стороне кого-то, кроме миротворческих усилий, никакого смысла нет.
Илья Худяков: По поводу миротворческих усилий: войска в Ливан России нужно посылать? Хоть в каком-то виде, чтобы обозначить свое присутствие.
А.Н.Мусаков: Обозначить присутствие можно, но тогда в форме эксклюзивного батальона. Как когда-то В.В.Путин, еще во времена Б.Н.Ельцина, по согласованию с ним, в разгар югославского конфликта направил батальон, который прошел, обозначился и ушел. Но Россия показал свое отношение к происходящему. Е.М.Примаков развернул самолет над Атлантическим океаном в знак протеста против бомбардировок Югославии Клинтоном, кстати, демократом, Черномырдин, как всегда «созидательно» уговаривал С.Милошевича отказаться от власти, а В.В.Путин ввел батальон. Может, и сейчас введем батальон, но ради обозначения в плане причастности к миротворчеству. Я всегда за причастность в политике. Счастье в политике – это соучастие, причем, не только в чужой прибыли, а, в частности, в благостном процессе- миротворчестве. Но надо помнить, что за всем сегодня происходящим реально видится великая Поднебесная – Китай, которая куда эффективнее сегодня разыгрывает супермасштабные стратегические игры, нежели эти «бушисты» или либералы Америки в союзе с военной разведкой - РУМО. Процесс по ослаблению Евроатлантики в целом уже давно «заделывается» в интересах Китая. Помните формулу: «Дождись, когда труп твоего врага пронесут мимо твоих окон»?
Илья Худяков: Вы призываете, чтобы Россия заняла китайскую позицию?
А.Н.Мусаков: Нет, мы уже не сможем это сделать, поздно, мы пошли, как всегда, по своему пути. Не получится у нас стать «китайскими товарищами». У нас своя роль. Об этом почему-то не говорят, а я не устаю напоминать своим слушателям, что на последнем съезде Коммунистической партии Китая принято решение, что в 2020 году Китай становится сверхгегемоном, а в мире обозначено три центра сил: КНР, США и Россия. Больше ни о ком вообще не говорят.
Илья Худяков : Как же китайское руководство при своей дальновидности не учло фактор исламского центра, который сейчас создается в Иране? Почему он не упоминается в стратегических планах?
А.Н.Мусаков: Очень даже учло! Разве не в открытых источниках замечено, что на тех снарядах, которыми «Хезболлах» бомбит Израиль, есть иранская и китайская «причастность», наша – пока не доказывается, мы «решительно отмежевываемся». Наш мирный министр обороны сказал: «Чушь!». А о причастности иранских и китайских «товарищей» к созиданию военной мощи «Хеболлах» говорят открыто. Россия сегодня должна оберегать себя, полюбить себя по-Божески и оберегать себя. У нее миссия есть в этом завтра трехмерном мире, где будет Евроатлантика в лице лидера - США, Поднебесная и Россия, которая будет выполнять великую миротворческую миссию и по-прежнему держать щит, условно говоря, «меж двух враждебных рас», только уже не «монголов и Европы», а Китая и Евроатлантики. Потому что, на самом деле, по законам социобилогии, аналогизирующей поведение человеческой популяции с популяцией животной, две силы, если не будет России, столкнутся в неминуемом смертельном апокалиптическом противостоянии. Пока жива Россия, пока она мощная, обеспечивает свою суверенную мощь и даже расширяет свое геополитическое пространство, нет неизбежности столкновения цивилизаций или культур по Сэмюэлю Хаттингтону, который обозначил это как столкновение иудео-христианской и мусульманской цивилизаций или культур. Бред это! Это, на самом деле, столкновение иного типа: части цивилизации - Поднебесной, которой до пяти тысяч лет, о чем еще Г.Киссинджер говорил, и Евроатлантики, еще очень молодой и гонористой. Так называемая мусульманская цивилизация - это часть Евроатлантики.
Илья Худяков: Совершенно парадоксальная мысль, ведь в данное время происходит противостояние Евроатлантики мусульманской цивилизации.
А.Н.Мусаков: Чушь! Извините, повторил министра обороны, не имея на это право, наверное, это просто питерские корни. Но это чушь: иранцы - древние персы, носители имперского мышления, арийцы. Какой конфликт? Самый опасный, братоубийственный конфликт внутри Евроатлантики, а не между мусульманским миром как бывшим третьим миром и Евроатлантикой, продвинутой, либеральной, цивилизованной. Нет такого конфликта, это шизоидное «глупомордие», извините за просторечие. Конфликт обозначается совершенно не так. Это конфликт внутри самой евроатлантической цивилизации. Она в целом едина, но полюсы конфликтов застраиваются давно не так. Ура-патриоты с «сионо-масонами» борются и с англосаксами. Кто-то – проводит между собою - культурными цивилизованными либералами - и отсталыми мусульманами. Но это все чушь! Борьба в единой мировой цивилизации давно «застраивается» между ослабевающей, саму себя «замачивающей» Евроатлантикой и Поднебесной, которая предъявляет свои права на мировое господство на следующем этапе.
Илья Худяков: На этом мы заканчиваем. У нас в студии был политолог Алексей Николаевич Мусаков. Большое спасибо.