Православное радио 31.08.03
А.Мусаков: Добрый вечер, дорогие братья и сестры! Мы с бессменным руководителем «Православного радио Санкт-Петербурга» Сергеем Евгеньевичем Васильевым - в прямом эфире еженедельной политологической программы на «Православном радио» с 20 до 21 часа, наш телефон – 387-04-11, просьба звонить не раньше 20 час. 35 минут.
За текущие полчаса я постараюсь обратить внимание наших братьев и сестер на те важные в политическом смысле события, которые могут быть значимыми не только сейчас для нашей страны, но и в перспективе. И я вновь обращаюсь в дебюте нашей программы к мысли о том, почему события политического свойства могут быть значимыми для страны. Казалось бы, который раз задаешься вопросом, чем мы с 1997 года на Православном радио занимаемся: может быть все это демагогия, может быть все это лишнее, может быть все это бессмысленно?
И в который раз приходишь к мысли о том, что если что-то и объединяет отношения властные и отношения управленческие, то это политика. Политика – есть искусство управления государством – классическая формула. В какой-то мере именно искусство, именно художественный тип познания (художественный в отличие о научного) и есть, наверное, предмет исследования такой дисциплины как политология. По этой формальной логике, политолог – это некий искусствовед в области политических отношений, то бишь отношений властных и управленческих. Политика объединяет властные отношения и управленческие отношения. Вне этого единства очень легко(как говорят на сегодняшнем новоязе) “разводить”. Вдумайтесь дорогие братья и сестры в формулу “развести”. Язык так называемых бандитов, язык так называемый новорусский (если его можно назвать языком) выявляет, как любая информационная система выявляет очень важное явление(вроде бы тавтология). Именно политика объединяет отношения властные и управленческие. Я приехал на эфир от своей учительницы Татьяны Ивановны, с которой я уже много лет. И я произношу формулу, которая ее удивила за эти двадцать лет. Наверное она, слушая меня сегодня, вспомнит эти слова, которые родились во время беседы. Вы знаете, о чем я подумал? У нас в России много управленчества. Отсюда и такая простота, простоватость, постоянное желание видеть хозяев. Вот то простецкое, просторечное, над которым я, как некоторые считают, глумлюсь. Я действительно считаю это очень опасным. Если только этим все и исчерпывается. Это “знашь-понимашка”, “мы сами с усами”. Вот управленческих отношений в России достаточно за всю историю ее существования. Управляются. А вот истинно властных отношений, отношений понуждения, принуждения, вынуждения или власти по любви в России постоянная недостаточность. И никогда не смогли бы нас растлить за эти годы, “развести” так аккуратно по-бандитски, по-вороватому, по-простому, если бы у нас было единство власти и управления, властных и урпавленческих отношений,если бы у нас действительно была (пусть это греческое слово, но ведь из Греции к нам православие пришло во-многом) русская политика. И я возвращаюсь раз в три года к этой мысли, когда мне Ольга Николаевна Блохнина (московский такой человек), любимица Владимира Александровича Крючкова (председателя КГБ СССР, бывшего начальника Первого управления КГБ СССР, опытного человека, высокообразованного) как-то сказала: “Алеша, а почему у нас в России нет русских политологов?” И начала перечислять фамилии. Дело не в том, что там не было фамилии Иванов, у нас есть Никонов, который вел “Отечество – вся Россия” (внук Моловтова и Полины Жемчужной). Дело в том, что у нас нет русской науки и русского искусства в единстве – власти, властно-управленческих отношений. Нас легко “развести” – у нас нет методологической базы. И вот почему я отвлекся от своего плана, ушел куда-то в сторону, опираясь на авторитет русских православных женщин. Сергей Евгеньевич сказал: “Материально мы, вроде как, выбираемся (мы – страна), а вот духовная пропасть остается пропастью”. И вот эта духовная пропасть, мне кажется, определяет очень многое в нас. Ведь мы говорим о Божьей власти или ее отсутствии, но мы все-таки говорим о наличии или отсутствии власти, а значит, властных отношений. И если в государстве, которое, слава Богу, находясь под покровом Богородицы, еще существует, “разводят” властные отношения и отношения управленческие, то Божьей власти не осуществиться здесь (как сказали бы юристы) юридико-технически даже. Если так все застроено. И политологию русскую, отечественную необходимо развивать елико возможно.
Я вспоминаю, как полторы недели назад мы встретились с достаточно продвинутым по сегодняшним меркам человеком, очень не бедным, моим ровесником, который сказал: “Я молю Бога, что бы ты занимался тем, чем ты занимаешься. Потому что у нас почти никто этим не занимается”. И вот подобно тому, как у нас “разводят” между материальным и душевным в отсутствии духовного: эмоция есть, чувства есть, только оно превращается в похоть, когда нет духовного, так и здесь власть Божья над землей и над душами не будет реализовываться должным образом, если понятие власти оторвано от управления, а все это не объединено политикой, а все это не верифицируемо (по-русски неповеряемо) политологией. И мы в России должны создать свою, отличную от других стран и популяций систему теоретических взглядов на властные и управленческие процессы. Единственное условие – любой отправляющий властные функции в любой области, на наш взгляд, должен быть воцерковляющимся русским православным человеком.
Поэтому я сегодня сделал такую преамбулу. Может быть, она не столь информационна, но она возвращает нас периодически к смыслу, целям, ценностям и смыслам того, что мы делаем. Если этого не делать, то нас “разводить” будут на всем и дальше. И потом не стоит удивляться.
Так получилось, что ведомый звонком своей бывшей коллеги (некогда мы были депутатами первого демократического петербургского парламента, Ленсовета-Петросовета), в среду, в доме Журналистов я присутствовал на круглом столе. И вот, что я там узнал.
Узнал я то, о чем поведал на сайте. Если бы я не попал на эту конференцию, братья и сестры, я никогда бы не узнал, почему в душе моей давно – сомненья по поводу победы основного претендента на пост губернатора Санкт-Петербурга. Что бы не нарушать законодательство, и не подставлять Православное радио, мы не будем называть фамилий. Мы понимаем, о ком мы говорим, кого считаем основным претендентом.
У меня закрались давно сомненья в том, что основная претендентка так ведома будет, что обязательно победит. Мне слово победа вообще не нравится – корень-то – беда, и когда побеждают, идут по беде. Но там – нацеленность на победу. Еще тогда, 22 апреля, в первой нашей аналитической публикации по предстоящим выборам появился первый вопрос: чья разработка “Беглов”(ныне исполняющий обязанности губернатора Санкт-Петербурга)? Об этом я уже рассказывал в эфире подробно: откуда мысли об Александре Дмитриевиче Беглове, как о некоем дублере (если все провалится, то он до весны или зимы будет исполнять обязанности губернатора). Это тоже рассчитанные системы, я не верю в то, что кто-то не рассчитывает системы.
И вот что я узнал на этом круглом столе. Там собрались противники основного претендента, которые все искали выходы из создавшейся ситуации. “Может быть, пора прекратить тупую агитацию за “Против всех””- говорили они – “Может быть, похитрее сделать?” Так мне хотелось вспомнить бабушку мою Анну Васильевну, которая мне иногда говорила: “Сынушка, да будь ты иногда поворовее.” Так и они решили быть поворовее. И вдруг выясняется, что нет понимания главного, почему может не получиться. Оказывается законодательство, братья и сестры, местное никто не дочитал. А там, оказывается, сказано, что в первом туре созданы все возможные и невозможные условия для того, чтобы основной претендент (или претендентка) победил, набрал больше 50% голосов: и низкая явка (20%), и залог предложили внести (в конце концов некоторые претенденты и внесли, включая основного), а он около 250 тысяч у.е., а избирательный фонд около 1,5 млн. у.е., то есть долларов, и агитация началась задолго (чтобы все поняли, кто есть кто).
Так вот оказывается, что уже все говорят о втором туре. Там присутствовал социолог, демократически ориентированный. Она меня очень не любит. Это Т.З. Протасенко. По ее словам, у основного претендента рейтинг от 45 до 49 процентов. И когда ее спрашивают, если шансы на второй тур, то она отвечает, что на второй тур шансы-то как раз и есть. Дальше исследуют, кто во втором туре у основного претендента будет главным соперником. Данные всех социологов говорят, что этого кандидата зовут Иван Иванович Против-Всех. Правда, ему называют цифры от 8 до 10 процентов, ну, в крайнем случае – до 15. Но продвинутые демократические участники нашего круглого стола, сказали, что нужно все умножать на 0,6-0,7 (в плане основного претендента в минус, а в плане “против всех” в плюс): лукав бывает респондент. Есть такие слова появились: респондент – тот, кто отвечает, есть еще замечательное слово подписант – те, кто подписывает разного рода документы в виде воззваний и обращений. У нас есть группа подписантов, которая обращалась к президенту по поводу того, что нельзя в таком стиле вести избирательную кампанию основного претендента. На втором месте социологи все, не сговариваясь, определяют “кандидата против всех”. На третьем месте с достаточно большими отрывами от двух лидеров оказываются другие кандидаты. Причем, оскорбительная формула “Белоснежка и семь гномов” у нашей аудитории не прошла. Наверное, потому, что с гномами политическими, может быть, и согласны, ну вот Белоснежкой никак язык не поворачивался у демократически-ориентированных журналистов назвать основного претендента (или основную претендентку). Вот с Белоснежками у нас, оказывается, напряженка. Это, говорят, шутка по поводу нас из Москвы.
Так вот, при таком раскладе ситуации, если во второй тур выходит основная претендентка (назовем ее Белоснежкой) и не кто-то из семи гномов, а Иван Иванович Против-Всех (такого кандидата юридически нет, т.к. он не зарегистрирован, и процессуально он - никто), то, оказывается, вступает в силу вторая часть нашего закона. А закон, по-демократически – договор, а договор опосредует сделку. И парламент в ряде демократических стран только в славянских странах честно назван скупщиной (по-моему, в Сербии). Так вот, закон, дав преференции, преимущества основному кандидату на первом этапе, на втором туре ведет себя как выражение некоего типа мышления “скупщинского” – он срочно требует процентов, платы за краткосрочный и очень выгодный кредит. Оказывается, братья и сестры, для того, чтобы победить во втором туре, если он будет основному претенденту (или основной претендентке) нужно будет набрать реально 50%, т.е.больше половины тех, кто выходит на выборы во второй тур, а это, братья и сестры, как вы понимаете, не так легко совершить. Этому действу: “Каждый второй – тоже герой и тоже – за нее (или за него)” – это не так легко при создавшейся ситуации и типе основного претендента.
Мы не участвовали (я имею в виду “Политический центр”) в этой кампании. Я выполнял задачи, скажем так, какого-то анализа, наблюдения за происходящим, хотя Виктор Леонидович Евтухов, например, возглавляет штаб одного из претендентов. У него есть свои объяснения этому. Он участвует в кампании, а вот я – не участвую, и сотрудники центра не участвуют. Мы наблюдаем сейчас за происходящим, дабы подготовиться тщательнее к декабрю – выборам в Государственную думу. Здесь многое будет решаться. А с губернаторскими выборами, вот ведь какая незадача вышла. И вы знаете, какое выражение лиц общее такое, очень русское, было у них, когда им объяснили, что закон- то вот так построен. Они решили собраться и принять воззвание: “Тупая агитация за “кандидата Против всех” недопустима. Это тупость. Надо агитировать, чтобы все кандидаты из числа прозванных из Москвы, якобы, “гномами”, все объединились и сказали: “Не за меня, а за второй тур”. На что им социологи сказали: “А чего вы головой - в открытую дверь, якобы изображая смелость? Второй тур-то – вот уже он” И во второй тур выходят два таких кандидата – основной и “против всех”. И чтобы победить, основному нужно набрать более 50%. Я вот о чем говорю: если не хотят его (или ее), основного претендента, то надо голосовать против всех и в первом, и во втором туре тем, кто хочет, чтобы наши выборы прошли без основного претендента. Я смотрел на все это, слушал… и говорю: “Разве простота лечится не простотой? Разве подобное лечится не подобным?” Им так понравилась эта мысль, что они предложили назвать такую методологию борьбы “простатологией”. Демократы – очень юморные ребята. Оказывается, действие по закону “против всех” не является тупым, оно является адекватным, если кому-то хочется замочить шансы основного претендента. И что это выявило? Это выявило для меня некую общность нашу: не дочитываем до конца даже основной юридический документ, на основе которого осуществляется некое юридически значимое действие – то бишь выборы. Это ведь дело государственное! Это ведь действительно политика.
Если мы не удосуживаемся дочитать до конца главный юридический документ на основе которого все осуществляется, то о чем мы говорим?! Мы действительно выполняем главную задачу с перевыполнением плана: мы превращаем все государственно-образующее в некий фарс, в некий гротеск. Поэтому я закончу только одной мыслью: есть такой замечательный человек в США (арийского, говорят, происхождения) Арнольд Шварценеггер. Он сейчас баллотируется в США на пост губернатора мощнейшего штата Калифорния. И хоть и находится в родстве с кланом (семьей) Кеннеди (демократами), выступает на стороне республиканцев, то есть Дж. Буша-старшего, Дж. Буша-младшего. У него много конкурентов. Он очень напористо ведет избирательную кампанию. Я решил поинтересоваться, может это опять какой-нибудь “дур-дом”? Какой-то кино-герой? Но тут же себя останавливаю: а Рональд Рейган разве не был президентом США? Почему бы и Шварценеггеру не стать губернатором? И тут выясняется маленькое обстоятельство: цитирую еженедельный журнал “Журнал”№33(84) от 25-31.08.03 “Кандидата сопровождали оба его старших советника – легендарный инвестор Уоррен Баффет, «пророк из Омахи», номер два в списке богатейших людей мира, и бывший госсекретарь Джордж Шульц”. А совсем они не олигофрены! Если есть нормальный, раскрученный лидер (Арнольд Шварценеггер) с республиканской партией, а они в большей степени немцы (Буши), и тут у него – один богатейший, а второй, Шульц – бывший госсекретарь, то есть министр иностранных дел. Я к чему это? Серьезно работают наши американские товарищи. Мы все смеемся, хихикаем, а у них все по закону. Я надеюсь, что у нас на сайте, благодаря усилиям Анны Ивановны Шиян, нашей замечательной соратницы, с юности блестяще знающей английский, появится, наконец, хороший перевод статьи одного американца - Артура Миллера. Он – театральный критик и режиссер (на Бродвее, в частности). Он там замечательно описал избирательную кампанию Бушей и Горов. И он там сказал, что это театром назвать нельзя, это даже не театр. Ребята поняли, усовершенствовали, вняли критике. Посмотрите, какая замечательная кампания. Все шансы есть у нашего замечательного Арнольда Шварценеггера (вместе с Шульцем и Баффетом) победить. Они четко понимают – власть, властное начало, властный образ – пожалуйста, фигура №1 – А.Шварценеггер. А деньги? (как в той рекламе) Пожалуйста – у нас есть второй по богатству человек в мире. А знание управленческое, государственное? Пожалуйста, у нас есть господин Шульц. Получается, что наши американские коллеги работают в троичном принципе, в соответствии с принципами театра и искусством управления государством. А мы все “Знашь-понимашь, нужна нам эта демократия?” Мы уже давно в ней полощимся. Берега уже давно бетоном залиты и там с пушками стоят, контролируют. Я все не могу понять, а что нам-то мешает эту шизоидную дисциплину перемонтировать на свои интересы? Так вот я сегодня в легком жанре и закончу.
Единственное, что я забыл сказать. Знаете, как называется статья в “Журнале”, которую я цитировал? А назывется она “ Калифорнийский дуб”. Вот так с шуткой, прибауткой, легко и весело они нас пока уделывают, а мы со всей “сурьезностью” пока терпим поражение. Ничего, будем учиться, как учил А.В.Суворов – изучать науку побеждать. В частности, политологию, в частности, русскую и православную будем созидать (как говорил В.С.Черномырдин). У нас одни созидатели и хозяева. Главное – хозявственники! Я так слушаю и думаю: “ Так, в деревню!” У нас деревни возрождать нужно, а не вопить. Вот с этими умонастроениями лезть в политику сегодняшнюю, современную, где Россию просто “кончать” собираются, лучше не надо.
У нас звонок в эфире:
Радиослушатель: Раб божий Леонид.Каковы шансы у Матвиенко? Если верить нашей пропаганде несколько продажной, у Матвиенко рейтинг 30%.
А.Мусаков: По-моему, я этому посвятил эфир, брат наш Леонид. Я очень аккуратно, чтобы не подставлять никого из наших сотрудников. А Вы так по-нашему, по-русски – прямо в лоб. Я в аналитике написал, что максимальные реальные шансы основного претендента могут быть 27%. Они (шансы) по некоторым данным были даже не такими оптимистичными. Некоторые продвинутые социологи говорят нам даже 45-49 (но ни разу 50). Там пиарят по полной программе. Шансы в соотношении 3:7, когда 30% может быть теоретически за, а 70% – протестное, несерьезные. Так вот, если при таких шансах, если при таком стартовом соотношении победит именно этот кандидат, значит с нами можно именно так работать, так нам и надо по нужде нашей. Потому что относиться к русской политике, с страны с тысячелетней государственностью столь небрежительно нельзя, если мы попали вот в такие карусели, “подсели на карусели”, если мы сейчас в такой беде, что нас плотно аккуратно отвели в демократию из которой сколько не рыпайся, по рефлексу свободы по Павлову, только умрешь. Есть такой великий ученый русский И.П.Павлов – физиолог, врач. Он открыл рефлекс свободы – собаку связывают, и она дергается, пока не умрет. Так вот, не надо дергаться, суетиться не надо. Патриоты дергаются в ненависти, разного рода вороватые шавки – суетятся. А не надо дергаться и суетиться. Надо учиться у А.В.Суворова – великого русского полководца, столбового дворянина земли русской и одновременно русского солдата, который на себе испытал все тяготы жизни народной: не ожирел, не скурвился и стал первым генералиссимусом земли русской. Так вот, он учил побеждать в разных условиях. Почему-то тогда наши предки могли в условиях альпийских гор, превосходящего противника, разбить, а потомки сегодня – ожиревшее кабанье, “знашь-понимашки”, спившееся иногда, сидят и рассуждают, нужна России демократия или не нужна. Если говорить о сексуальных девиациях, я имею в виду голубизну, гомосексуализм, то больше, мне иногда кажется, что ими как раз и являются те, дрожащие от ненависти, а не только те, которые повизгивают и говорят: “Пойдемте быстрее в цивилизованный мир. Там так вкусно и хорошо платят, там такие публичные дома, там чудесная пенсия и можно путешествовать”. С этими-то все понятно. А вот когда наши выдают себя, причем так искренне, грозово, патриотично за радетелей… А нас, русских все меньше и меньше, а реальные условия – вот такие. Я об этом шестой год говорю на Православном радио. Может, закончим эту серятину сукуневую? Это ведь непозволительное псевдобарство, когда страна уже попала в ситуацию и вывести можно только таким путем. Да, нам нужна православная монархия. Но к этому надо придти, иначе нас просто кончат по пути. Надо учиться и овладевать наукой побеждать, искусством побеждать в этих конкретных условиях. Выбираться, вставать на ноги, подниматься, и в этом меняющемся мире становится тем, кем мы всегда были – великой страной, великой державой с русским православным духом. Но для этого надо учиться, а просто все отрицать. Знаете ли, такие новые нигилисты, новые Базаровы (по Тургеневу). Что отрицать-то, когда, условно говоря, “мама в больнице”, матушка-Россия? Причем, в больнице, где применяют иные методы, нежели в наших монастырских лечебницах. Значит, что мы должны сделать? Мы должны сделать все, чтобы она осталась жива. А уж как мы с нею и с Божьей помощью возродим всю землю нашу, деревню нашу, города наши – это уже вторая задача. Поэтому надо учиться, учиться и учиться. Повторяю того, кто когда-то овладел массами – лучше, пока, еще никто не сказал.
У нас еще звонок. Пожалуйста, слушаем.
Радиослушатель: Добрый вечер, Алексей Николаевич. Раб Божий Михаил Вас беспокоит. Как Вы думаете, если возрождать Россию, используя приемы казуистические, толмудические и иезуитские, нет ли опасности, что Россия станет либо Италией, либо Иудеей, но только не Россией?
С.Васильев: Несомненно, Вы совершенно правы. На самом деле мы не являемся иезуитами или последователями теории о том, что цель оправдывает средства. Имеется в виду овладевание знаниями современной науки побеждать. Вы знаете, что у нас есть воители православные Дмитрии Донской, Александр Невский. В частности, Дмитрий Донской против наиболее сильного и боеспособного в то время татарского войска, идя с народным ополчением на битву, он создал засадный полк. Я тоже всегда призываю следовать святому праведному воину Дмитрию и создавать засадные полки. Другой воин великий, покровитель города Святого Апостола Петра, князь Александр Невский выводил врага на лед, причем на хрупкий, зная от местных рыбаков то, чего не знали католические мерзкие псы-рыцари. Рыцарь мог противостоять сотне легко вооруженных крестьян. Из эпохи войн многолетних европейских, тяжело вооруженный рыцарь мог в поле разбить ста человек. И вам, дорогие радиослушатели, судить, была ли это военная наука – засадный полк и вывод войска врага на лед. Мы с Алексеем Николаевичем призываем не к казуистике, не к иудаизму, не к чтению талмуда (в руки лучше даже не брать), а “выводить врага на лед” и “делать засадные полки”.
А.Мусаков: Абсолютно так, но вопрос-то звучит. Вот я слышу голос Михаила и думаю, как он профессионально вопрошает. Чувствуется, что если бы он не был русским православным человеком верующим, то в разведку мог бы к иезуитам точно попасть, и нормально приняли бы: есть у него такая стилистика, так грамотно вопрошает.
Брат наш драгоценный! Если вы молоды, в Интернете почитайте на нашем сайте. Я дошел до того, что хоть что-то предложил. Например, присоединение России к Болгарии в одну ночь Дальше – активизация парламентов и ратификации договоров. В Болгарии уже монархическая династия. Я не скажу, что это мои родственники близкие, упаси Господь, а то ведь подумаете, что заговор плетем: Мусаков – фамилия гречески-болгарская и древнейшая. Просыпаются утром Шаймиевы, и другие товарищи, и узнают, что нет уже ни федерации, ни… Упаси Господь! Все по закону, в рамках конституционного права, примата норм международного права, международно-правовых соглашений над законодательством страны суверенной.
Я об этом. Присоединяемся за одну ночь к Болгарии, устанавливаем иную форму правления – монархию православную, тип государственного устройства превращается в унитарный – Единая и неделимая болгарская Россия! А режим у нас демократический, ох, демократический. А демократия у нас плюралистическая. И тут же сразу же в Евросоюз: мы же вместе с Болгарией, так пустите нас в НАТО и Евросоюз таких маленьких, мирных, хороших. Только на достойных началах! Так они будут переименовывать континент, я чувствую, после этого. Но я хоть что-то предлагаю! Скажут – авантюра! А юридико-технически, теоретически – возможно. Кто об этом думал? Кто думал о том, как нам вернуться в лоно православной монархии современными юридико-техническими доступными, возможными организованными средствами?!
С.Васильев: Главное, что у нас уже общая элита есть.
А.Мусаков: Кто из политологов задумывался над этим? А завтра – Греция, а послезавтра – Сербия. Чего мы боимся? Испугались мы их плюралистической демократии евросоюзовской в условиях противоречий Старого света и Нового, когда Новый свет – “подросток” – Америка оскорбил Старый свет и назвал их стариками, назвал старухой Европу? Они сейчас срочно там “наеврелись”, срочно усиливаются, ощетинились, плюралистическую демократию развивают, общие вооруженные силы. Так нам-то к этому надо подготовиться! Кто же предложил-то из русских-россиянских политологов хоть что-нибудь конкретное? Одни кричат: “Гибнем и погибнем”, часто гыкая. Такое у нас развитие “окраинского” начала развелось! Другие, наоборот, говорят: “Давайте ляжем, расслабимся и получим удовольствие, и расчленимся настолько, насколько захотят”. Ну кто придумал хоть что-нибудь, чтобы оберечь Россию, войти в Россию и Россией победить? Для начала быть, а потом победить. Мы стараемся, как можем, раб Божий Михаил. Я думаю, что э тому в Иезуитских колледжах не учили, а то бы они давно бы единую и неделимую Европу создали под эгидой Папы Римского.
А у нас с верой в Господа, за веру, царя и отечество может получиться. Я просто теоретические картины рисую вполне в соответствии с буквой и духом закона. У нас еще вопрос.
Радиослушатель: Меня зовут Юрий. Вопрос такой спонтанный немножечко. Я приехал из деревни из Псковской области в Петербург, и Ваши слова о возрождении деревни, как об одной из основных частей возрождения России запали. Да, действительно без этого вряд ли что-то получится. И в то же время, очень много внимания мы уделяем Петербургу, говоря о нем, как о ключевом городе. Алексей Николаевич, как Вам видится задача через возрождение Петербурга и установления здесь более благоприятного климата потом к деревне двигаться, как-то связать эти два ориентира? Спасибо.
А.Мусаков: Спасибо за блистательный вопрос. Я вспоминал сегодня близких мне людей, женщин, которые учили меня и медицинской науке, и они помнят как в 1985 году я обрушивался с гневом, будучи врачом за то, что гибнет костный мозг нации, России – деревня. Я это прекрасно понимал, потому что вырос наполовину в русской тверской деревне (бабушка меня на лето увозила туда). И понимаю, что без Питера, без его имперской столичности, без его имперского, императивного мышления, мы сегодня страну в нужном направлении не поднимем. Что на первом месте, а что на втором, не знаю. Я знаю только одно: нет элиты – нет властного начала, нет умения встроиться в систему и победить в ней духовно. Поэтому, давайте не с того и не с другого, а и с того и с другого начнем, а главное, нам власть нужна русская духовная православная в своей основе. Светская власть неминуема, если мы хотим спасти Отечество, и спастись (души свои спасти) должна быть духовной. Вот я о чем. А дальше – разного рода мероприятия. А без спасения костного мозга нации, без деревни русской мы “никуды” вообще не двинемся. Каждый питерский человек помнит (если он не мерзавец сущий), о своих деревенских корнях. Мы все в России – из деревни. И если мы все это вспомним, то уживется у нас и Великая Империя духовная, светская – город Святого Апостола Петра Санкт-Петербург и деревня наша, надеюсь не забытая нами. Просто ее не надо забывать как мать свою, как бабушку свою. Не надо предавать деревню.
Быть добру.